Ядовитая тропа

Что летел в Черняховск из Ленинграда, а потом на машине ехал на завод и все время, что работал тут, даже не выходил с территории. Но как только у него появлялись выходные, сразу старался сделать что-то полезное для новой советской территории. Ведь вокруг еще столько дел! Выспаться можно успеть и потом. Такой энтузиазм начинал порядком раздражать Семена.

– Тут есть бараки, корпуса для рабочих. Там и живем. Но как вам сказать… Чтобы никого и ничего не оскорбить, бараки эти выглядят и оснащены лучше, чем многие квартиры.

– Особенно после войны, – мягко вернул его на рельсы истории «Шихау» Семен.

Ян ему нравился своей увлеченностью, и он понимал, что начальство в лице замполита Яну ничего не сделает. Главный инженер был слишком важной шишкой. Но точно не хотелось, чтобы он попортил ему кровь.

– Когда мы вошли, здесь еще не было электричества, приходилось освещать все фонариками, мы экономили свет. Но была резервная линия, ее просто нужно было откопать.

Ян повел их в главный ангар, тот самый, где стоял недостроенный корпус судна, и лицо его светилось таким детским восторгом, словно он увидел или вот-вот увидит какое-то чудо.

– Мы выбрали именно этот ангар для начала работы, потому что он был уже разминирован и там было много света из-за конструкторской особенности – отсутствия одной стены для спуска корабля. Но вы только представьте. Темно. Стоит он, красавец, и везде, куда хватает взгляда, пол усыпан бумагами. Документы, чертежи, они понимали, что не могут все вывезти.

– Вот у нас тут есть как раз специалист по таким делам. Все бумажки разберет! – важно сказал замполит и указал Серабиненко.

Семен мысленно застонал, но в целом, будь у него больше свободного времени, две головы и десяток рук, он бы сам вцепился в эти бумаги.

А потом они увидели корабль, вернее, его корпус.

– Но он же небольшой. Я думал, что огромный эсминец.

– Вот это самое интересное. Я внимательно изучил корпус. Я неплохо читаю по-немецки, пришлось буквально ускоренным курсом учиться. – Ян посмотрел на корпус с такой нежностью… Так смотрят на любимую женщину.

– Этот корабль должен был стать уникальной, смертоносной машиной.