Яд твоего поцелуя (СИ)

А так уже хочется сидеть или лежать как пожелаю, но только и остается, что смотреть в окно, где уже вовсю играет солнечным светом весна. Я слышу звонкую капель по железному подоконнику и вспоминаю весь этот месяц.

Как мы добрались сюда — отдельная история. Илья постоянно менял маршрут, машины, автобусы. У нас были новые паспорта, а теперь у меня будет новое лицо. Как только мы покинули полигон, причем нас отправил Юра на двух военных внедорожниках, за нами увязались две машины без номеров.

— Кто такие? — оглядывался Илья, который сидел за рулем.

Через полчаса дорогу следующим за нами внедорожникам перекрыли две машины с полигона, которые довольно быстро нагнали нас. И вот тогда началась самая настоящая гонка. Илья торопился оторваться, пока у внедорожников проверяли документы и выясняли, кто такие. Мы неслись как бешеные, я даже пыталась вспомнить хоть какие-то молитвы, но в голову лезла всякая ерунда.

"Гнали мы примерно час, затем свернули к каким-то ангарам и скрылись внутри одного из них. Там нас уже ждали два обычных легковых автомобиля. Куда мы быстро пересели и выехали из ангара с другой стороны. Вокруг кипела работа, стояли строительные вагончики и буровая установка. Я так поняла, что мы были на буровой. Запах нефти проникал в салон, но вскоре выветрился, а мы понеслись дальше, и так еще два часа.

Аркадий и Володя свернули на другую дорогу, моргнув нам фарами на прощание, а мы поехали дальше уже вдвоем.

— Их проверили, подтвердили, что засланные казачки из Москвы. Уверяют, что катались по местности, рассматривали окрестности. Они с ближайшей базы отдыха.

— А тут есть такие?

— Есть. Сейчас модно направление как экотуризм, — усмехнулся Илья. — Приезжают люди на край мира и отдыхают от цивилизации.

— И что ему надо? Деньги Дан получил, — обнимаю себя руками, стараясь сдержать ледяную дрожь по телу. При упоминании моего мужа до сих пор охватывает страх.

— Забудь пока о нем. У нас есть другие дела.

И прав Илья, только вот как мысли свои перенастроить? Ведь скоро я вернусь в тот мир, что так жестоко обошелся со мной.