Я заберу у тебя ребенка

Говорят, сумасшедшие потому такими и являются, что неспособны осознать свою ненормальность. Ее дикий взгляд меня пугает, он бегает по комнате, жена сжимает и разжимает пальцы, пыхтит от злости. Волосы всклокочены, халат развязала, и из-под него видна сорочка. Замечаю бирку, и это меня добивает.

Надела новую вещь и даже не заметила, что на ней бирка. Вещь новая, а тело немытое, она словно перестала за собой следить. Брезгливость и жалость сплетаются воедино."

"Встаю, чтобы иметь возможность защищаться. Кажется, что она сейчас на меня прыгнет.

— Ты успокоишься, пролечишься и придешь в себя. Найдешь себе занятие и выберешься из этого дома. Можешь работать в отеле, принять участие в семейном бизнесе. Будем делать раз в несколько месяцев фотосессии для СМИ, всё станет как прежде. Но Зарина будет жить отдельно. Так лучше для нее.

— Хочешь, чтобы та дикая девочка ее испортила? — шипит жена, прищурившись.

— Альбина — прекрасный ребенок, такой должна была быть наша дочь, если бы не твои усилия, Диляра.

— Я желала ей только лучшего!

Ничего на эту тираду не отвечаю, глядя на часы. Время конной прогулки давно прошло. Чувствую, будто меня лишили чего-то очень важного.

— Так всё хорошо распланировал, Арслан, обо всех позаботился. О себе тоже, да?

— Что ты имеешь в виду?

— Мне звонила тетка Касима, сказала, что ты привез в дом суррогатную мать. Она будет жить в доме и согревать твою постель?

Старая ведьма не замедлила нажаловаться жене, чего и следовало ожидать.

— Я озвучил тебе свои планы, всё остальное тебя не касается.

— А! Уже успел ее оприходовать! Прямо на вопрос не отвечаешь! Я ее помню, такой неискушенный птенчик. Вы, мужчины, таких любите, — смеется с горечью. — Ты удобно устроился, Арслан. Но нет. Я не согласна на твои условия. Мне плевать на скандал. Терять мне нечего. Либо вы с дочерью живете здесь и мы пытаемся вернуть нашу семью, либо весь мир узнает правду.

Глава 29

— Что за крики? Что здесь происходит? — резко распахивается дверь, и в комнату врываются родители Диляры. Сразу становится тесно.

— Вас слышно с первого этажа! — возмущается Эльвира Алимовна.

Подмечаю нарядных родственников, вспомнив, что мать Диляры спонсировала какую-то выставку. По всей видимости, они ходили именно туда. Но я никак не соображу, почему они оставили дочь одну.