Я вернусь в твою жизнь

— Точно, — замираю и прислушиваюсь.

А потом поднимаю глаза…

В груди ощущается мощный болезненный толчок. В теле растекается уже совсем не боль.

Жар.

Он возникает так внезапно, будто по щелчку. Словно копился за стеной, а потом кто-то открыл дверь, и он ворвался, опаляя всё и всех в помещении.

— Встань с меня, — шепчу сдавленным голосом, понимая, что привычно дышать уже не получается, кислорода не хватает, и я вот-вот начну хватать воздух, как рыба, выброшенная на берег.

Семён тоже теряет всё своё хмельное бахвальство.

— Нет, — отвечает коротко.

— Нет? — повторяю ошарашенно, а где-то в глубине мозга, очень-очень далеко бьётся мысль, что нужно бы и самой попытаться встать. Да только тело будто парализовало. Чувствительность каждой клетки на пределе, а двинуться не могу.

— Я ещё не все эксперименты провёл с помадой, — говорит, а потом склоняется ниже, сталкивая нас с обрыва.

33

Он смотрит на мои губы так, будто хочет впиться в них зубами.

И пугающей.

Потому что я привыкла бояться последствий. А они есть всегда.

Но у этого мужчины какая-то невероятная энергетика. Умение сделать так, что ты словно в паутине застряёшь, запутываешься, залипаешь и теряешь возможность сопротивляться ему.

Хотя я пытаюсь. Честно пытаюсь.

Резко втянув воздух через рот, отрицательно качаю головой, запрещая ему. Смотрю с мольбой и даже пытаюсь упереться руками в грудь.

Знаю лишь, что по позвоночнику бежит волна электричества, когда Семён прижимает мои запястья к полу над моей же головой. Продолжает смотреть, съедать взглядом. Напитываться, как вампир, насыщаться мною. Одним лишь взглядом.

А потом прикрывает глаза и опускается. Нет, не к губам.

И я не могу… не могу сопротивляться этому. Это цунами. Шторм. Безумная буря, что накрывает нас.

Будто мы тонет. Умираем. И только близость друг к другу может спасти нас.

Мы набрасываемся друг на друга с такой внезапной страстью, так резко, что кажется, будто кто-то взял и изменил реальность.