Я стала злодейкой любовного романа

— Очень жаль... Но я рада, что ты больше не заперт в темнице. Честно говоря, я переживала.

— Из-за чего? — хмурится Ри.

— Ну… Ты там оказался по моей вине.

— У меня был приказ. А я не смог его выполнить, — упрямо говорит оборотень. И в этой упрямости — вся его натура. Я очень надеюсь, что история с темницей не сделала Ри моим врагом. Было бы очень жаль.

— Ладно, не буду спорить, — говорю я. — Проводишь меня в сад. Там вроде фуршет?

Оборотень кивает.

Вместе с Ри мы спускаемся по лестнице и проходим через пустующий плац для тренировок.

Из сада доносится музыка. Меж деревьев расположились столики с угощениями и кресла для отдыха. Тут же играют приглашённые музыканты. Оборотни переоделись в парадную военную форму и из замученных тренировками суровых солдат превратились в красавчиков с замашками джентльменов.

Кроме оборотней я с удивлением замечаю и нескольких незнакомых девушек. На них платья необычных для Лимерии фасонов, серебряные украшения в волосах. А на запястьях проступают ветвистые узоры.

— Они приехали из Руанда, — объясняет мне Ри. — Праздник — это возможность навестить мужей и братьев.

— А к тебе приехали?

— Нет. Я младший сын, — просто говорит Ри.

Я только молча удивляюсь. И что, если младший, значит и навещать не нужно? Что у них там за порядки в Руанде?

— Слушай, ты тоже отдохни, — говорю я.

Телохранитель меряет меня таким красноречивым взглядом, что стыд снова начинает тревожить душу. А Ри ещё и подливает масла в огонь:

— А монстра вы случаем не заметили в кустах, леди Виктория? Как в прошлый раз.

— Всё-таки злишься?

— Ни капли! Просто обидно, что попался на такую глупую уловку."

"— Вовсе и не глупую, — обижаюсь я. — Извини, что я так поступила. У меня не было выбора.

— Не было выбора? —  раздаётся позади новый голос. Алан! Я оборачиваюсь так испуганно, точно меня поймали на воровстве. Сердце делает кульбит, когда я поднимаю на принца взгляд.

— Ваша светлость! — кланяется Ри.

Алан даже не смотрит на телохранителя. Только делает жест рукой, как бы говоря: «Отойди». Ри холодеет лицом, но отходит на десяток шагов. Так, чтобы не упускать меня из виду, но и не подслушивать разговор.

— Милорд, — я приседаю в реверансе.