Я сделаю это сама

И будто ссорились – неразборчиво, но явственно. Кто там ещё спать мешает?

Я поднялась, быстро оделась, косынку на голову накинула – и приоткрыла дверь.

При свете фитиля в плошке двое братцев Воронов держали Меланью – один сзади за плечи двумя руками, не вырвешься, а второй, Гаврила, одной рукой зажимал рот, другой задирал юбку.

- А ну не пищи, от тебя не убудет. Замуж тебя кто возьмёт, приживалку, кому ты нужна? А если вдруг кто захочет – так любую захочет. Молчи, дура, поняла? А то иди утром на все четыре стороны!

Так.

- Что происходит? – поинтересовалась я, шагнув в кухню.

Братцы настолько не ожидали вмешательства, что вытаращились на меня оба и ослабили хватку, чем мгновенно воспользовалась девочка и убежала. Умница, правильно.

- Иди, куда шла, - сказал младший из братьев, Пахом.

Немного уменьшенная версия старшего. Такой же… красивый и грубый. И пьёт тоже, как не в себя.

- Я-то пойду, а вы чтоб не думали к девчонке руки тянуть.

- А ты тут кто, я что-то позабыл? – протянул лениво Гаврила.

- Маркиза дю Трамбле, - пожала я плечами, - только ты ж слов таких не знаешь, наверное.

- А что, она ещё вроде не старая, тоже сгодится, - выдал Пахом.

Ага, сейчас, думала я, но Гаврила, кажется, согласился с братом. Шагнул, схватил за плечо, а разозлившаяся я со всей дури съездила ему по щеке.

Ну мало ли – по щеке, только вот неожиданно для меня самой на ладони возникло пламя, и этим самым пламенем прилетело Гавриле в ухоженную бороду.

- Дура! Ведьма! – заверещал он во весь голос, схватил ковшик с водой и плеснул себе в рожу.

Кожу, кажется, я ему не обожгла, а вот борода-то опалённая.

- Эй ты, много воли взяла, да? – Пахом двинулся в мою сторону, и такая злость полыхала в его глазах, что…

Я шевельнула руками – если не защититься, куда мне против такого молодца, то хотя бы показать намерения – но неведомая сила возникла где-то внутри меня, и повела, и того Пахома отнесло к противоположной стене, и хорошенько о ту стену приложило.

- Вот ведьма, - кажется, Пахом даже восхитился. – Она откуда у нас такая взялась?

- Да хрен знает, говорят – Гришка привёз, - Гаврила тяжело смотрел на меня.

- Всё понятно? Кто девочку тронет – будет иметь дело со мной.

- Ещё б в моём доме мне не указывали, - Гаврила смотрел тяжело и хмуро.

- Будешь дурить по пьяни – буду указывать, - я тоже умела смотреть недобро и хмуро. – Спать проваливайте.