Я сделаю это сама

- Ладно, муж её помер давно, а сын что? Не попросил короля о милости к матери?

- Может и просил, кто ж о том знает! Только, кажется, не вышло ничего. Или наоборот, как раз и вышло – сечёшь, да?

- Ладно вам, могли казнить, а ведь не казнили! Сами знаете, обвинение состряпать не так сложно!

- Молчи, дурак, кто о таком посреди улицы говорит? И вообще, пошли отсюда.

- Пошли.

* * *

* * *

- Ты что тут прячешься? Иди наружу, смотри, как там здорово! – помянутый Женя тут как тут."

"- Геннадий звонил, Красиков кинул с оконными блоками, опять все сроки сорвали, и никто не знает, что делать.

Говорила я тебе – кому-то из нас нужно остаться.

- Справится, не первый день на свете живёт, - отмахивается Женя. – Пошли наверх.

- Ветер там.

- Куртку возьми . Нужно решить, будем мы тут останавливаться или нет. И кстати, Алексей не звонил, только с работы?

- Только с работы, - вздыхаю я. – Алексей не звонил.

Алексей – это наш сын, ему уже двадцать пять, и два года назад он уехал в Таиланд. Женя был против, он мечтал, что сын придёт работать в нашу компанию, но Алёша выучился на дизайнера и выполнял удалённо какие-то работы на заказ.

А потом и вовсе решил, что не хочет жить в нашем климате, а хочет – у моря, где всегда тепло. Они с Женей страшно разругались, и с тех пор Алёша ему не звонит, только мне. А тут, понимаете ли, юбилей, и как же без единственного сына? Мне было озвучено задание – сделать так, чтобы сын приехал. И я даже поговорила, но… мне не удалось.

- Мама, я всё понимаю.

Передай папе, что я не приеду. Может быть, потом.

Алёша очень обиделся, когда Женя обесценил всё то, что ему было важно и дорого, и не может простить. Я считаю, что надо подождать. А Женя считает, что всё это – блажь, и я сына распустила. Куда там распустила!

Это те, кто нас не знает, считают, что Евгений Ильич строг и суров, а Евгения Ивановна – мягкая, и с ней можно договориться. На деле-то наоборот будет. Женя суровый, но может уступить, если перед ним прогнутся и мёда в уши нальют.

А я адаптивная, но три шкуры всё равно спущу, хоть запрогибайся.

Правда, сейчас я не хочу ни с кого ничего спускать. Сил нет совсем. Вот так и вспомнишь, что нормальный отпуск был лет пять назад, а с тех пор – так, дней на десять, и всё время на телефоне. И выходных скорее нет, чем есть. Сначала такой график восхищал – ого, как мы можем! Быстрее, выше, сильнее, ещё один дом, и ещё один, и улица в коттеджном посёлке, и оп! – жилой комплекс из трёх многоэтажек.