Я сделаю это сама

Мне показалось, что это как-то слишком – уже и не поговорить с приятелями, что ли? Но я тут же себя одёрнула – какое тебе, Женя, дело? Тебя почему-то вытащили из воды, приютили и кормят, и даже лечат. Вот и не лезь. Или хотя бы присмотрись сначала, а лезь уже потом.

Обед вышел отменным, что там Марья ворчит про простое – да нормальная еда, хорошая, свежая и вкусная. Наверное, нужно помогать хозяйке варить, раз я никуда отсюда не денусь, но сил предложить помощь я в себе не обнаружила.

И после еды поблагодарила хозяйку и ушла к себе за занавеску.

Сон вышел мутным – мне почему-то виделось, что я от кого-то спасаюсь, а этот кто-то прямо наступает на пятки, никак не отстаёт. И никак не получалось оглянуться и посмотреть – кто это там, что за неведомый и такой страшный враг, что от него только бежать. Но я бежала – по лесной тропинке, куда-то вверх, И почему-то была весна, я знала, что весна, наверное, потому знала, что из сухой прошлогодней травы пробивались мелкие росточки, и даже цветочки – медуница, подснежники.

Я влетела на полном ходу прямо кому-то в руки, этот кто-то придержал, я подняла голову посмотреть, кто это… и проснулась.

Ну вот. Друг или враг поджидал меня где-то там, наверху? Теперь и не узнаешь. Но после такого сна хотелось немного проветрить голову.

После лечения Евдокии стоять было проще, намного проще. Голова не кружилась, и резкость в глазах наводилась проще.

Солнце уже опустилось за горы, ещё немного – и станет темно. Пелагея и Меланья закончили дневные дела и переводили дух на крылечке дома. С ними сидела Марья.

- А вот и госпожа встала! Представляете, госпожа Женевьев, у вас тут есть свой дом!

- Какой ещё дом? – пробормотала я, усаживаясь на крыльцо.

- Вроде бы большой, так Пелагея сказала, - радостно вещала Марья.

Ну, посмотреть так посмотреть, что там за дом.

- А каким образом он мой? – не поняла я.

- Ну как же, - вздохнула Марья. – Вы всё-таки не помните. Целительница сказала, что так может быть, потому что бы сильно ударились головой, когда падали. А перед тем ещё и тонули!

- Нет, не помню, - вообще эта Евдокия права, после сотрясения мозга могут быть ещё и не такие провалы в памяти, и если тонуть, то тоже.