Я садовником родился

Он бежал тогда первым и до сих пор не мог сообразить, как его сумел догнать неожиданно выскочивший из-за спины Колька Лейкин. Никогда не был ему серьезным соперником, а тут вдруг прорезало. Что ж, у каждого в жизни бывает звездный миг.

- Лейкин? Ты, что ли? – Леонидов с сомнением посмотрел на бритую голову бывшего одноклассника. Колоритный образ. И весьма. Неужели бандитом работает? Лейкин?!

- Я. Как жизнь? – подмигнул тот.

- Нормально.

- Здорово ты располнел! С трудом признал.

- Да и ты, знаешь, изменился. Слушай, а у тебя все в порядке? – не выдержал Леонидов, внимательно рассматривая Колькин маникюр.

- Чего? – удивился тот. – Ах, руки. Привычка. Я же по образованию флорист.

- Кто?!

- Флорист. Ну, это которые букеты составляют. Руки все время на виду. Вот и хожу раз в неделю к маникюрше. Не составлять же композицию из нежных, прекрасных цветов, имея обломанные ногти, а под ними грязь?

- И на букетах ты так … - Леонидов хотел сказать «разбогател», но только кивнул на дорогую машину. Но Лейкин понял:

- Не.

- А сюда, какими судьбами?

- Продавщица у меня приболела. Вот, заехал узнать, когда на работу выйдет, фруктов привез, - Лейкин слегка тряхнул полиэтиленовым пакетом с ярким рисунком, который держал в руке: - Витамины.

- У нее телефона, что ли, нет? – удивился Алексей.

- Почему нет? Есть. Просто я привык заботиться о своих девочках. Слушай, а ты-то сам как, а? Я наших редко вижу.

- Ушел, - коротко сказал Леонидов. – Два года, как ушел.

- И где теперь?

- Так, - Алексей неопределенно махнул рукой.

Последнее время он привык высказываться о своей должности осторожно. Потому что многие понимали выгодность знакомства с ним и начинали откровенно навязываться. Так можно было и всех друзей растерять, поэтому Леонидов предпочитал  о своей работе помалкивать.

- Проблемы, да? – огорчился Лейкин. – Слушай, я тебе телефончик оставлю, ты позвони.

Леонидов с удивлением взял его визитку. Вот оно, оказывается, как! Не все богатые люди опасаются навязчивости старых знакомых. Он уже хотел рассказать Лейкину и о своей работе, но тот зябко передернул плечами в своем тонком драповом пальто:

- Погода-то, а? Гадость. Пойду. – И нагнулся к девочке: - Твоя? Ох, ты, какая незабудочка! А?

У Ксюши были очень яркие голубые глаза.