Я промазал, опер – нет

– Что вы делаете? – дрогнувшим голосом нервно спросила она.

Я не захотел лишний раз напоминать ей о киллере, поэтому отделался отговоркой.

– Да так, воздухом подышать.

– Неправда, вы что-то высматриваете.

Я молча потянулся к веревке жалюзи, дернул за нее, зашторив окно. Так будет гораздо лучше. Мало ли, вдруг убийца попробует избавиться от Олеси метким выстрелом. Не удивлюсь, если в его арсенале обнаружится снайперская винтовка или даже гранатомет. Если вообще обнаружится...

– А окно зачем закрыли?

– Вы, кажется, собрались варить кофе.

– Вы думаете, что меня могут убить через окно? – спросила Олеся.

Я видел, как задрожали ее плечи. Да, ей не позавидуешь.

– Не бойтесь, все будет хорошо...

В кармане у меня зазвонил мобильник, девушка встрепенулась так, будто услышала пулеметную очередь со двора. Я поднес трубку к уху и услышал голос Дарьи Борисовны.

– Как там у тебя?

– Здравия желаю, товарищ капитан. Нормально все. Алехина дома, я с ней.

– Живая?

– И даже теплая.

– Ты смотри там!

Мне показалось, что в ее голосе шевельнулись нотки ревности. Может, всего лишь показалось.

– Что смотри?

– Ничего... Мы скоро подъедем.

– Не надо. Не надо приезжать. И спецназ тоже не нужен.

Упоминание о спецназе предназначалось исключительно для ушей Олеси. Но Бесчетова не уловила в этом элемент игры, которую я повел. Хотя должна была догадаться, что я неспроста пожелал ей здравия.

– Какой спецназ? – удивленно спросила она.

Впрочем, девушка не слышала ее.

– Не нужно ничего. И я сам уже ухожу.

– Почему?

– Потому что Алехиной ничего не угрожает. Если там, в Москве, и было что-то, то она не знает. Ну, может, не было ее тогда... И вообще, нормально у нее все, нечего ей бояться.

– Иван, с тобой все в порядке? – забеспокоилась о моем рассудке Дарья Борисовна.

– Вот я и говорю, что все в порядке. Ничего с ней не случится. А если вдруг что, дверь у нее крепкая, окна зашториваются... В общем, ухожу я, товарищ капитан.

– Иван, мы едем к тебе! – заявила Бесчетова.

Но я не стал ее слушать и вернул трубку в карман.

– Куда вы уходите? – цепко схватив меня за рукав, с безысходным ужасом во взгляде спросила Олеся.

– На Коммунистическую поеду, к Царицыну.

– Его же убили!

– Вот поэтому и поеду. Эксперты там, следователь, а мне свидетелей опросить надо. И убийцу в розыск объявили, процесс контролировать надо. В общем, работы много.

– А как же я?

– Вам, Олеся, нечего бояться.