Я - плата вампиру!

Перед глазами стояла картина, как вампир жадно целовал девушку между ног и как она стонала, ёрзая попой по столу. Интуиция шептала, что ей было слишком хорошо, раз она так себя вела.

— Ну как? Понравилось? — раздалось где-то рядом со мной.

Этот бархатный голос с лёгкой хрипотцой я узнаю из тысячи. Вздрогнув всем телом, подняла испуганный взгляд на Лестата. Он сидел в моём кресле, закинув ногу на ногу.

Его глаза пылали, неотрывно следя за каждым моим движением. Медленно поднявшись с пола, вздёрнула подбородок:

— Не понимаю, о чём речь? — мой голос дрожал, но я не хотела говорить то, что он так желал услышать.

— Я старался для тебя! То же самое сделаю и с твоим телом, когда попросишь!

Мне срочно требовалась холодная вода. Кожа настолько горела, требуя его прикосновений, что жалобный всхлип вырвался сам по себе.

— Значит, — тихо проговорил он, вставая с кресла и медленно двигаясь в мою сторону, — не хочешь меня попросить?

— Нет! — выдохнула я, сжимая зубы.

В свете отблесков луны чётко виделось мужское тело, плавно двигающееся в моём направлении.

Сильнее вжалась в стену и стала молить богов, чтобы он не коснулся моей кожи. Каждое его прикосновение для меня сейчас было подобно сладкой пытке. Но мои молитвы остались неуслышанными. Мужчина подошёл вплотную и ласково провёл по моим оголённым рукам от запястий к плечам. Его запах сводил с ума. Я из последних сил хваталась за ниточку здравого рассудка, которая становилась всё тоньше. Миг — и тело вампира вспыхнуло синим свечением, вырывая из моей груди шумный вздох.

— Не стоит так пугаться! Простое заклинание самоочистки! — он провел пальцем по моей губе и, немного надавив на неё, стал медленно погружать его ко мне в рот.

Разум вопил, чтобы я оттолкнула мужчину или начала хоть как-то сопротивляться, но моё тело решило по-другому. Неосознанно коснулась языком мужского пальца и, плотнее обхватив его губами, стала медленно посасывать. Глаза вампира горели всё ярче. Со стороны казалось, словно жидкая лава растекалась по его зрачкам.

— Откуда жы ты такая взялась? — прошептал он, припадая губами к моей шее.

Кожа пылала, моля о том, чтобы Лестат не прекращал ласку. Секунда, и моя ночная сорочка была разорвана в клочья. Оставшись в одних трусиках, попыталась прикрыть оголенную грудь рукой, но мне не дали, блокировав руки и поднимая их над головой. Мужские губы сразу захватили один сосок, с жадностью втягивая его в рот.