Я - плата вампиру!

— Как у вас происходит выбор главы города? — невозмутимо спросил я, стараясь не обращать внимания на брыкающуюся поганку.

— На площади, господин! Рядом со старой церковью! — тихий ответ донёсся до моего слуха.

— Прекрасно! — кивнул я. — Хочу попросить тебя об одном одолжении, — мужчина поднял на меня затравленный взгляд, и я осознал, как тяжело людям живётся в этом городе. — Завтра, в шесть вечера, собери народ для выбора нового главы города.

От моих слов пока ещё живой глава забрыкался сильнее. Приподняв его, словно это был мешок с картошкой, открыл портал, который вёл к границе барьера.

Его смерть будет мучительной, но справедливой! Он ответит за все свои гнусные поступки, и народ вздохнёт спокойно от смены власти.

Решил на этот раз всё взять под контроль. Не выставлять своих правил и законов. Нет. Просто буду поддерживать здесь порядок. Уберу зажравшихся богачей и верну достойную жизнь беднякам. И как только раньше меня не трогала обстановка в этом паршивом городке? Люди бедствовали и голодали, в то время как их собратья, возомнившие себя богами, ели и пили вдоволь.

Спали на перинах, а не на соломенных тюках. Ламия словно открыла мне глаза на всё, что здесь происходит. Меня прямо разрывало начать глобальный переворот в этом проклятом городе. Решил, что сам назначу главу. Не буду слушать людишек. Выберу того, на кого укажет ипостась. Уж она у меня девочка умная, точно не подведёт. Сможет выбрать мужчину с железным стержнем. Достаточно бесхребетного правления.

Завидев меня, медленно шагающего к барьеру, болотники замерли.

Они чувствовали страх главы, который жалобно скулил, понимая, что его дни сочтены. Я ликовал внутри. Всегда любил справедливость, но не всегда поступал по её правилам. Зато теперь, с этой секунды, я буду придерживаться правильного пути.

Подступив к самому краю защитного купола, коснулся магической пленки пальцами, чтобы она почувствовала своего создателя и пропустила меня. Я не собирался проходить через барьер, но мне нужно было выкинуть за него главу, поэтому пришлось самому немного податься вперёд, чтобы первому нарушить целостность защиты.

Мольбы и слёзные речи не трогали моё сердце. Клятвы верности и заверения, что он всё осознал и полностью во всём раскаивается, я пропустил мимо ушей. Такие мрази, как этот склизкий червяк, никогда не изменятся. Они до конца своих дней будут делать пакости за спиной и лживо улыбаться в лицо."

"Как только мне удалось просунуть главу через барьер, я разжал руку, подальше откидывая мужчину.