Я не ваша, мой лорд

О чём она говорит? Обо мне? Чего я не замечаю? На что закрываю глаза?

— Присаживайся, Скарлетт, — королева приглашающе указывает на соседнее кресло. — Я, признаться честно, давно хотела с тобой пообщаться, но всё как-то случая не предоставлялось.

— О чём пообщаться? О герцоге Гиерно? — как я не пытаюсь убрать нотки раздражения из голоса, у мня всё равно это не получается. Но от приглашения не отказываюсь и сажусь напротив неё, оправдывая себя тем, что королевским особам отказывать не принято.

— Нет, конечно. Вряд ли ты мне поверишь, даже если я скажу, что он любит тебя до безумия.

— А он любит? — вырывается у меня помимо воли.

Её величество склоняет голову набок и улыбается с нескрываемым удовлетворением. Что ж, подловила она меня виртуозно.

— Тебе достаточно отпустить прошлое, чтобы рассмотреть правду.

Я уже слышала эту фразу. Помню даже, как записала её в тетрадь с чувством внутреннего сопротивления. И даже интонации, с которыми произнесены эти слова, точь-в-точь совпадают с теми, что я помню, как и голос.

Недоверчиво всматриваюсь в лицо королевы, пытаясь понять, как такое возможно. Но она ведь иллюзионист, кажется. Сильнейший с которым мне только доводилось сталкиваться. Вспоминаю несуразный образ, которым она наградила Гиерно, когда они выбрались из пещер. Тогда я была настолько настроена на него, его магию, да ещё под действием зелья Стойкости, что толком рассмотреть невзрачный и растрёпанный образ самой королевы не удосужилась, тем более, что она сначала пряталась за спиной герцога, а потом попала в обьятия мужа и личину сбросила. Но сейчас вот, воскрешая в памяти те события, я уже сама себе удивляюсь, что не увидела сходство. Она, конечно, общий вид знатно изменила, но лицо ведь оставила, правда спрятала его за этими странными штуками, которые называла очками. Неприятно признавать, что меня таким маскарадом провели. Оправданием мне может служить разве что тот факт, что я абсолютно не ожидала увидеть королеву в роли лектора в Академии. А оно вот как, оказывается. Значит, лекции прекратились не по причине отъезда нашумевшего магистра на родину.

— Магистр Франди? — всё-таки переспрашиваю я, дабы убедиться окончательно.

— О, ты догадалась, — лучезарно улыбается женщина, чьи научные изыскания поставили на уши всю научную верхушку Сэйнара, а лекции пользовались такой популярностью, что желающие не помещались в аудиториях. Женщина, которой я искренне восторгалась. — Как видишь, мне временно слегка не разрешают преподавать.