Братва

Когда отошли подальше от дома, я и пощекотал ему горло перышком. Здоровый он бугай был – одним ударом, если б не в горло, мне бы его не свалить. Забрызгал меня, козел!

– Нож закопал или выбросил? – полюбопытствовал я.

– К чему? Типовая кухонная штамповка. Миллионы таких, идентифицировать невозможно. На кухне валяется.

– Резать хлеб и людей одним и тем же ножом – неинтеллигентно и даже неприлично, – наставительно заметил я, вырывая несколько чистых листков из блокнота. – Ладушки! Черкни давай явку с повинной – глядишь, присяжные заседатели по минимуму срок тебе отломят.

– Не крути динамо, начальник! У тебя просто с доказательствами напряженка! Но не дрейфь – я напишу, как просишь. Правда, хочу предупредить, что на суде от этих показаний насквозь откажусь. И, если подвернется более-менее грамотный адвокат, меня оправдают! – насмешливая улыбка на распухших кровоточащих губах долговязого убийцы смотрелась чудовищно дико, и я отвел взгляд.

– Это уже твои проблемы! Наше дело лишь задержание подозреваемого, а дальше пусть прокуратура суетится и доказывает виновность.

Цыпа ловко освободил руки барыги от веревочных пут, давая ему возможность пользоваться авторучкой. Уже через пять минут «явка с повинной» была готова. Пробежав текст, я убедился, что составлена она правильно и подпись на положенном месте присутствует.

– Как дальше? – Цыпа дисциплинированно ждал прямых указаний. – Может, вколоть передозировку?"

"– Не покатит. Как телесные повреждения объяснить? Ни один мент в самоубийство не поверит. Умные люди говорят – лист надо прятать в лесу.

– Эй, вы о чем это базарите, мужики?! – буквально взвился долговязый. – Мы так не договаривались!

Не оборачиваясь, Цыпа звезданул клиента каблуком в грудную клетку. Тот, грохнувшись вместе со стулом на пол, сразу потерял желание ораторствовать и мирно задремал, неестественно запрокинув голову набок.

Я положил исписанные листки на видное место на столе и повернулся к Цыпе:

– А ведь я все-таки просек! И совсем он не квакал, а хотел сказать: квартира!.

– Кто?

– Карат.

– И когда это он вдруг заквакал? – подозрительно покосился на меня соратник.

– Неважно! – Я счел совсем ненужным вдаваться в мистические подробности. – Ладно! Я в машине подожду. Пяти минут тебе хватит?

– Обижаешь, Евген! – насупился телохранитель. – За три управлюсь!

Около подъезда одиноко торчала будка телефона-автомата.