Братва

Наблюдая, как уже после первой поминальной рюмки мальчики неприлично-громко загалдели, не обращая никакого внимания на гроб, я был вынужден с прискорбием констатировать, что нынче за столом представлена в основном вторая категория. Но от нравоучительных речей воздержался. Бессмысленно тыкать людей в их врожденные пороки, да и недостаточно хорошо знали они Карата. Впрочем, чужая смерть, пусть даже надежного кента, не стоит того, чтобы надолго опускать себе настроение.

Прихватив бутылку, я поднялся на второй этаж в один из свободных номеров, предоставив братве поминать коллегу по собственному разумению и вкусу.

Ехать домой смысла не было – все одно утром должен принять участие в похоронах. Отдать последний долг, так сказать.

Пробудило меня тихое деликатное покашливание. Это был старик Петрович, догадливо украсивший ночной столик бутылкой полусухого шампанского и вазочкой с мандаринами.

– Время поджимает, Михалыч, – пояснил он, ловко освобождая пластмассовую пробку от проволочного заграждения.

– Через час вынос тела. За дверями Цыпа хипишует. Я ему не позволил поднимать тебя ни свет ни заря.

– И правильно сделал! Давай его сюда.

Откинув плед, служивший мне одеялом, я поднялся с дивана и быстро восполнил недостающие части одежды.

– Все путем. Сгорел кошкин дом, – доложил Цыпа, усаживаясь за столик напротив меня. – Пожарная машина только через два часа после возгорания прикатила – тушить было уже бесполезно.

– Ладушки.

Но он скорее собачий, – я налил в три бокала шипучую виноградную жидкость. – Давайте помянем безвременную гибель ментовской недвижимости!

– Может, и городскую хазу прокурорскому фраеру спалить? – предложил Цыпа, которому шампанское явно шибануло в голову не с той стороны.

– Не суетись, Цыпленок! – одернул я не в меру развоевавшегося приятеля. – Если понадобится – скажу. Как говорится, не лезь в пекло раньше батьки!

Проводить Карата в последний путь собралось немногим больше ста человек.

В основном персонал наших собственных заведений. И некоторые представители полудружественных фирм, также занятых в сфере индустрии развлечений. Из тех, понятно, кто мыслит масштабно и счел целесообразным подчеркнуть проявлением сочувствия свою к нам лояльность.

Карат был калибром поменьше Кисы, и похороны на этот раз не отличались помпезностью. По крайней мере столы с халявной водкой и пивом мы выставлять на улицу не стали.