Я – Легенда 2: геном хищника

Хуже было то, что и детей Ульрика два каких-то удода пытались выпихнуть прямо к двери.

Я прицелился в клетку, не понимая пока, в кого стрелять. Фриков за толпой пленников не видно, вальнуть удода можно только в теории. Могу либо вообще промазать, либо попасть, но совсем не в того. Ждём.

Сектант, наконец, справился с замком. Распахнул дверь, и два его подельника занырнули внутрь. Донеслась какая-то каша из звуков: одни рычали, другие причитали. Из детей я видел только пацанов Ульрика, но женщин и мужчин было примерно поровну.

Но тут же огрёб от сектанта с такой силой, что даже остальные пленники на секунду заткнулись, проводив взглядом, улетевшее вниз тело. Мужик шлёпнулся, ногу его вывернуло, но он попытался встать и заковылял к лесу.

Пока все (и я в том числе) наблюдали эту картину, фрики довольно шустро разобрались внутри клетки. Вытащили кого-то за руки и за ноги и закрыли дверь. Между ними болтался второй мужик, толкавший близнецов.

— Фух, — я тихонько выдохнул.

Не знаю, обострённая ли это карма Аркадии, или близнецов всё-таки планировали обменять, и бригадир дал чёткие указания.

Мужика притащили в лабораторию и упаковали на операционном столе. Появилась женщина, уже без чемоданчика, но с довольно крупным стальным шприцем в руках. Несла его ещё нежнее и протянула Феликсу, чуть ли не встав на колено. Доктор принял этот мутагенный грааль и что-то стал рассказывать Борею. Ходил вокруг пациента, будто лекцию читает.

В принципе, я мог выстрелить. В доктора точно бы попал, только потом он мне уже ничего не расскажет. С Бореем было сложнее — между мной и ним постоянно мелькал бригадир. И тут даже «Кондрашка» бы не помогла, потому что попасть нужно в одного, а задержать другого.

Подопытному было плохо. Крики спокойно долетели даже до моего дерева, вспугнув каких-то безобидных птичек.