Я. Хочу. Тебя.

В настолько, черт его возьми, рабочем, что способна сейчас прорвать и его джинсы и мои!

Это его что? Они так вдохновили?

Ну, уж точно не мой супер наряд супер сексуально-роковой женщины!

Если, конечно, он не извращенец!

– Перестань, Арман! Ну, что ты делаешь?

Был бы это Костик, я бы со всего размаху ударила его по щеке. Залепила бы сочную пощечину.

Но это Арман.

И я могу только пытаться оттискивать его мощную грудь крепко сжатыми кулаками и пытаться вырваться из стального захвата.

А он уже жадно впивается в мои губы своими.

Так, как будто бы пожирает.

Так, что губы вмиг начинают гореть и странно ныть, а в голове разливается какой-то странный наркотический дурман…

Это порочно. Черт, это так порочно, что даже хуже, если бы прямо здесь, в самом центре, кто-то бы занялся сексом! Да это и есть секс! В чистом виде!

– Прекрати! Что ты творишь….

Еле шепчу, задыхаясь и чувствуя, как выскакивает их груди сердце, когда он выпускает мои губы, еще сильнее прижимая к себе.

– Мы в самом центре! Здесь вокруг полно людей! И….

И, черт, этот поцелуй был бы неприличным даже если бы он происходил в самом закрытом доме!

А еще…

А еще я от него, как пьяная. Совсем. В хлам. Даже не уверена, что смогу идти после такого и не шататься."

"– Чего? Ты же ревнуешь, как дикая кошка, мммм? Разве не так, Никккккка? Все. При всех. Ты меня заклеймила.

О, Боже! Он невозможный! Ну, как с ним говорить, если мы на разных языках говорим?

– Ты вырядил меня в черт-те что, – шиплю.

А желание расцарапать его наглое, красивое и такое самодовольное лицо уплывает куда-то в туман в моей голове.

– И еще вот так позоришь на весь город… Это неприлично! Неприлично, понимаешь ты, Арман? Ты как будто…

– Как будто что?

Бровь вздергивается, а его руки снова становятся тисками.

– Как будто всем заявляю, что ты –моя? Так ты моя, Никккккка! Пусть каждая собака в этом городе это видит! Моя и больше ничья! А кто свои яйца попробует подкатить, так пусть понимает, что это будет последним, что он сделает в жизни!

Ой, как демонстративно.

Откалывает высокую фигурку сатира с подставки фонтана. И…. Просто крошит ее в руке. Превращает в пыль.