Я и Он

Вот я и хотел порадовать свою матрешку цветочками, и заказать ужин. Улыбнулся, хотелось повторения вчерашнего вечера. Очень жалел, что не смог сдержать себя, когда Алина решила, маня поласкать, сегодня будет исправляться, надеюсь, выдержки хватит.

От приятных мыслей, сладко заныл член, а тут нарисовалась Света. Она несла кофе, но не как все нормальные люди на подносе, эту рохля несла его, просто держа за блюдце. Ну, естественно, в момент, когда она ставила его на стол, чашка накренилась и облила место, которое только что напрягалось от предвкушения вечера.

Я подскакиваю, но уже поздно, между ног у меня красуется мятно, которое сразу же пропитало ткань брюк.

– Ой, простите, простите, я такая неуклюжая,– щебечет Светлана.

– Откуда у тебя руки растут, ты почему не на подносе несла кофе,– наезжаю я, пытаюсь стряхнуть с брюк остатки кофе."

"И тут происходит вообще внезапное. Света падает на колени и хватается за ремень брюк.

– Ты что, обалдела?– говорю, а сам в шоке от происходящего.

– Я сейчас все исправлю, – отзывается секретарша.

Хватаю ее за руки и пытаюсь поднять, но она упорно не желает подниматься с колен и чуть ли не висит на моих руках. Вот же зараза.

Вот вы знаете, как выглядит невезение, я вам расскажу. В этот самый момент в кабинет без стука входит моя маман. Да, да, именно, как в плохом кино, я стою с расстегнутыми штанами, передо мной на коленях секретарша, держится за резинку моих трусов, а я держусь за ее руки. Все, занавес! А хотя нет, маман не одна ее сопровождает секретарша близняшка. Все, теперь точно занавес.

– Сын?– выгибает бровь маман.

– Да, мама,– как примерный сын отзываюсь я.

– Это, что?– говорит маман, и указывает пренебрежительным взмахом руки на Свету.

– А это мама, моя бывшая секретарша,– отзываюсь, и все же поднимаю Свету с колен.– Собирай вещи и пошла вон отсюда, я тебе уже говорил, ты мне не интересна.

– Мне возвращаться в отдел кадров?– тихо говорит ошарашенная Света.

– Нет, на панель, откуда ты и пришла. Что бы через десять минут твоей ноги не было в холдинге. В понедельник придешь за полным расчетом,– и выталкиваю уже плачущую девушку.

– Сын, объясни.