Бесконечность любви, бесконечность печали.

Марина убежала домой сразу после капельниц, а с городского телефона побоялась - сразу выдаст свое местонахождение. - Вы простите, Арина Ивановна, никак не получалось раньше с вами связаться. Не могли бы вы прямо сейчас сообщить папе, что скоро буду в Минске? И вечером обязательно его навещу!

-      Ой, как хорошо! Прямо сейчас и позвоню! Ты уж постарайся сегодня успеть: с завтрашнего дня в больницах карантин по гриппу объявили, посещения запретят. А я, грешным делом, подумывать стала: не скрываешь ли ты что от нас? У тебя все хорошо? - неожиданно спросила она.

-      Все хорошо, Арина Ивановна! Как только смогу позвонить со своего телефона, сразу наберу и вас, и отца, - постаралась успокоить ее Катя и повторила первый вопрос: - Так как он себя чувствует?

-      Состояние стабильное, готовят к операции. Вот только доктор сомневается, стоит ли ее делать.

-      Почему? Что-то не так? - забеспокоилась Катя.

-      Понимаешь... - подбирая нужные слова, Арина Ивановна сделала паузу.

- Врачи - не боги. Да, оборудование, умение, практика, золотые руки - это основа. Но пациент, как и доктор, должен быть настроен на положительный результат. А у Саши сейчас настроение на нуле, весь в себе. Потерял интерес к жизни. Я уже и так, и этак пыталась его расшевелить - не получается. А тут еще ты уехала, - вздохнула женщина. - Скучает он. Его бы порадовать чем-нибудь! Новость какую или идею подкинуть, ради которой захочется жить. Невесело все вокруг. Хорошо хоть о твоей последней статье он ничего не знает."

"-      Ясно... - справившись с некоторой растерянностью, выдохнула Катя. Почему-то она была уверена: не только отец, но и Арина Ивановна останутся в неведении о статье. Выходит, зря. Слишком многое в их семье завязано на медицине. - И как вам статья? - не удержалась она от вопроса.

-      Хорошая... Профессор Ладышев и меня когда-то учил. И многих из моих коллег. У нас эта газета по рукам ходит - кто-то принес в ординаторскую.

-      И что коллеги сказали?

-Ну...

-      Говорите, как есть. Пожалуйста, - почувствовала Катя ее нерешительность.

-      Ругают... журналистку, - наконец ответила Арина Ивановна и путано пояснила: - Не ту, которая написала последнюю статью, а ту, какой она была раньше. Говорят: хорошо, что вспомнили о таком человеке. Многие ведь не знали, почему профессор умер. А слухи тогда разные ходили... Зато теперь все только это и обсуждают.