Ты нас предал

А у самого в голове одна мысль стучала как молоток: на хрена я сюда притащился? Вот просто — на хрена? Не хотел я Анфису, от слова совсем.

И дело тут не в отсутствии макияжа…"

"Решил, будто как-то этим Надю накажу? Да как? Она и не узнает, во-первых. А во-вторых… Во-вторых, Наде моей глубоко пофигу где я и с кем. В этом я уже убедился. И даже если она узнает, что я поехал к Анфисе и переспал с ней, только лицо скривит брезгливо.

Нужно было разворачивать оглобли и ехать домой. Просто завалиться спать и ни о чем не думать! И всех баб к чертям собачьим…

Все вы бабы — стервы!

— Милый, спасибо тебе, что приехал, я так рада! Голодный? Можно заказать ужин.

Анфиса нашла ко мне в кружевном пеньюаре. Надела специально для меня.

— Ненавижу омлет… — пробурчал я.

— Как же? Ты говорил… вкусно? — Анфиса наивно хлопала глазами.

А я думал: дура ты, дура! Омлет я нахваливал, чтобы потом получить кое-что другое, что в рифму называется! К тому же, ничего другого Анфиса готовить не могла.

Самому от себя противно стало. А Анфиса подошла ближе, руки положила мне на грудь, приласкала. Только от ласки её нигде ничего не торкнуло. Пустота абсолютная.

Она опустилась ниже, еще ниже, на колени передо мной встала, а мне — никак.

Неожиданно перед глазами картина встала — то же самое делает Надежда, только не мне, а братцу. Рената ублажает!

Чёрт!

Руки само собой снова сжались в кулаки.

Только что я могу теперь?

— Милый, я так тебя хочу! — говорила Анфиса мне, а слова отзывались эхом, словно это Надя, там, Ренату говорила, зараза такая!

Я смотрел на любовницу сверху вниз и думал — вот оно мне надо? Зачем я приехал? Зачем? Я ведь не хочу её совсем! Я другую хочу! И не так.

Я бы Наденьку сгреб в охапку, на постель кинул, стягивал бы с неё халатик, каждый миллиметр кожи зацеловывая, лаская, следы на ней оставляя, клеймя, чтобы понятно было, что она моя, что всё её тело — моё! Ласкал бы, доводя до самого края, потом останавливался, не давая ей взорваться удовольствием, специально, чтобы завести еще больше.

Я ведь её любил, несмотря ни на что! Любил… А Анфиса…

Она приняла моё состояние на свой счёт, думала, что я на неё так реагирую, чёрт.

Отстранился резко, ширинку застегнул.

— Извини, Анфис… не получится у нас ничего. Зря я сюда приехал. Прощай.

— Стой, Богдан! Подожди! Ты куда?

— Домой, — я устремился к выходу.