Я его достану!

У тебя же сегодня прессуха «Буяна»?

Я покраснела. Не думала, что будет так заметно. И правда вскочила сегодня ни свет ни заря, просто не могла больше спать. Все приготовила еще с вечера, надела брючный костюм, который висел в шкафу без дела с лета, когда диплом получала. Но я похудела за это время, и сейчас брюки с меня спадали, и это было некрасиво. За следующий час перемерила почти весь свой гардероб. А потом еще полтора часа укладывала волосы и красилась. Мама даже перепугалась и засыпала меня вопросами, а папа оторвался от своего телефона.

— Ну да, скоро надо будет уже выходить, тут, правда, всего лишь дорогу надо перейти. — Я не очень комфортно чувствовала себя под внимательным взглядом Елисеева.

— Пресс-конференции с участием Бессмертного — это всегда парад Золушек. — Ваня завел куда-то под потолок глаза и громко вздохнул. — Вот увидишь, как все разоденутся и разукрасят себя.

— Висела, — признала я. — Но только вчера, и недолго. Прислала потом как миленькая все свои вопросы.

— Я думал, «Буян» станет главным претендентом на победу в тендере на землю в Покровском, — задумчиво произнес Ваня. — В холдинге, как обычно, ничего не комментируют, но все мои источники говорят о том, что Бессмертный участвовать не будет.

— Почему?

— Да кто ж его знает? Говорят, Кощей погряз в каких-то личных делах и все его внимание там. Ладно, Вась, удачи! — Он махнул рукой и подошел к девчонкам, хохочущим у кофемашины.

Я посмотрела на часы. Все. Пора. Схватила Иркины вопросы, еще раз пробежалась по ним глазами. Хорошие, острые вопросы! Вот и пусть отвечает!

Пока шла через дорогу, отделяющую нашу редакцию от «Иглы», пыталась себя немного успокоить. Из головы не выходили слова, написанные Кощеем в книге.

С такими мыслями в голове я оказалась на пятидесятом этаже небоскреба. Первый раз на такой высоте, в лифте даже уши заложило.

Когда я вышла в просторный холл, сразу вспомнила Трегубову.