И вкус тьмы на губах

– Надо предложить принцу Джареду издать закон: если девица изувечила кромешника скалкой, она обязана выйти за него замуж.

– Бедные лорды… Не жаль товарищей? Это сколько же будет подражательниц!

– Гм, а ты права… Не подумал. Сохраним наше знакомство в секрете! Это будет нашей первой семейной тайной, леди Глау, – произнес Рэм, касаясь своими губами моих.

– Леди Глау? Вы спешите, лорд!

– Отнюдь, моя леди.

Дальше на разговоры не осталось ни сил, ни желания. Чувственные губы Рэма сводили с ума. Безумие, сладкое безумие – то, что он творил с моим телом.

– Вик… Вик… – Я могла только шептать его имя.

Стон. Его… мой… Наш общий, один на двоих.

Сердца стучат в такт.

Дыхание в унисон.

Страсть, разделенная на двоих. Эйфория совместного полета. И разноцветные звезды перед глазами.

И треск.

Треск?

Кровать рухнула под нами с жалобным звуком.

Приподнявшись на руках, Виктрэм с тревогой поинтересовался:

– Цела?

– И даже очень довольна, – отозвалась я весело. Толстый матрас смягчил падение, превратив занятие любовью в пикантное приключение. – Я о подобном лишь в историях для взрослых слышала. Ты сломал кровать, Рэм, ох и силен ты!

Кромешник вздохнул с облегчением и поцеловал меня в нос.

– Хохотушка моя… Справедливости ради, кровать пала под тяжестью нашей общей страсти.

– Нет уж, еще несколько дней назад я была невинной девицей, разве может сломаться добротная мебель из-за такой?

– Ради такой может, – поправил серьезный Рэм.

Он жадно поцеловал, словно подтверждая свои красивые слова делом.

Я простая девушка и, отдышавшись, ответила просто:

– Я люблю тебя, Виктрэм.

В медовых глазах любимого мужчины разгоралась страсть. А может, никогда и гасла?

Я пошутила:

– Но если не будешь давать мне передышки, я от тебя сбегу.

– Куда? – заинтересовался кромешник и, приподнявшись на локте, принялся пальцем нежно рисовать на моей груди какие-то символы.

– Приворотные руны? – предположила игриво.

– Ага, – кивнул он и поставил в своем послании точку поцелуем. – Ты не ответила, куда сбежишь.

Я брякнула первое, что пришло в голову:

– Хотя бы к черноусикам в озеро, попрошу политического убежища.

– Если предоставят, будет из черноусиков уха, – пообещал Рэм, грозно хмурясь.