Гвардия не горит!

"

"Гонять рацию без служебной необходимости запрещалось из-за разряда батареи питания. Но Кузняк ослушаться просьбы командира не посмел. Расчехлил рацию, в качестве антенны – длинные провода, забросил их на остатки кирпичных стен, щёлкнул тумблером. Засветился зелёный глазок. Из наушников послышалось: «Шли городские бои в заводской части Сталинграда. Огнём артиллерии и пехоты уничтожено до батальона пехоты, три артиллерийских батареи, двадцать один пулемёт, разрушено 38 ДЗОТов и блиндажей. На южной окраине города…»

Волна поплыла, в наушниках захрипело, передача прервалась.

– Выключай свою шарманку, – сказал лейтенант. – Кушать пора.

На обед консервы – перловая каша с тушёнкой и сухарями. Каша холодная, застывшая в комок, а подогреть негде. Разводить костёр нельзя: огонь увидеть или учуять дым могут местные жители или полицейские, придут поинтересоваться. В горло застывшая перловая каша не лезла, подогреть бы. Уже после войны для разогрева консервов применялись таблетки сухого горючего, не дававшего дыма.

Одной таблетки хватало на одну банку. С собой тоже удобно носить: вес и объём маленький, а консервы отлично подогревает даже зимой. Немцы поступали по-другому. Для егерей горных частей и подразделений на Cевере они имели особые консервы. С одной стороны банки имели двойное дно и окрашены красным. Стоит проткнуть ножом, гвоздём, штыком, любым острым предметом, как возгорается белый фосфор внутри. Пара минут – и горячая еда готова. А поесть горячей еды в холодное время очень важно. Сытый человек не замёрзнет. Поели. У лейтенанта вид задумчивый. Через какое-то время объявил:

– Радист остаётся здесь. Рацию на всякий случай спрячь в развалинах. Остальным ненужное оставить при радисте. И вечером разойтись.

Командир каждому назвал населённые пункты, до которых надо было дойти, показал их на карте. Три разведчика, три обследованных района, как три луча из базовой точки.

– Смотреть и слушать! Встреча здесь через полтора суток.

Лейтенант продумал, кто и куда идёт и сколько времени потребно будет.

Судя по карте, Илье в одну сторону надо было преодолеть двадцать шесть километров. Но это по карте, по прямой. Фактически на местности будет немного больше тридцати. Архангельский решение принял грамотное: за короткое время обследовать как можно больше предполагаемых мест расположения аэродромов.

Илье досталось Юрьево, на запад от Покровского. Он выложил из «сидора» питание для рации, консервы. Оставил одну банку тушёнки, несколько сухарей и боеприпасы.