Гвардия не горит!

– Не разносолы, но подхарчиться можно.

Хозяин выставил на стол чугунок с ещё тёплой варёной картошкой «в мундире». В армии такую не давали, Илья соскучился, начал чистить от кожуры, хозяин выставил солонку, в железной миске редиску и огурцы, откуда-то вытащил бутыль с мутным самогоном, разлил по маленьким, в сто грамм, стаканчикам.

– Ну, за встречу!

Выпили, хозяин руку протянул:

– Меня Кузьмой звать.

– Меня Антоном, – соврал Илья.

А всё потому, что хозяин не Кузьмой был, а Михаилом. И почему сейчас не своим именем назвался – непонятно.

Поели не спеша – в сёлах и деревнях к еде относились обстоятельно, знали, как хлеб и иные продукты достаются.

Хозяин ещё по стаканчику налил. Вполне ядрёный самогон был, если поджечь, наверняка горел, по ощущениям, не меньше семидесяти градусов. Выпили молча, потом хозяин спросил:

– Зачем пожаловал?

– Ты, наверное, догадался, что я по приказу прибыл.

– А где связной? Кому нужны старые сведения?

Опа! О связном в разведотделе не говорили. А надо бы о всей цепочке. Или опасались, что в случае пленения Ильи он всю цепочку выдаст?

– Что, ни разу не был?

– Почему ни разу? Как раз единожды был. И пропал.

– Всяко бывает – может, немцами убит.

– Всё может быть, но моей вины нет. А сейчас и докладывать особо нечего.

– Всё?

– Всё, как есть всё.

– Тогда мне идти пора.

Илья поднялся, вместе с ним хозяин, который вперёд пошёл. Илья со стола нож взял. Неплохой нож – ручка добротная и клинок длиной сантиметров двадцать, лезвие толщиной миллиметра три. Больше на боевой нож похож, только без гарды или упора для кисти. Нож Илья обратным хватом взял, так со стороны холодное оружие не видно. Зачем стырил, сам до конца не осознал, видимо, интуиция подсказала.

Многие полагают, что интуиция – это нечто свыше. Как бы не так. Мозг постоянно информацию воспринимает, анализирует, выдаёт решение. Не оформленное конкретно, в виде ощущения, называемое нами интуицией.

Илья за хозяином шагал, на задний двор. Вдруг агент схватил топор, торчавший из чурбака, резко обернулся, вскинул топор:"

"– Сдохни, сталинский выкормыш!

Как пригодился нож! Илья с силой бросил его в живот агенту.