Гвардия не горит!

Утром успели позавтракать, а маршевая рота прибыла к полудню. Маршевая рота – понятие условное, численность могла колебаться. Вот и сейчас прибыло полторы сотни бойцов, тогда как в пехотной роте РККА по штату 1941 года – 178 человек. Илья сразу в штаб, знакомиться со списками и документами, пока конкуренты не опередили. За день удалось отобрать, поговорить, получить согласие семерых кандидатов. Кандидат – потому что должен пройти обучение в спецшколе и только потом станет понятно, годен ли боец к службе в разведке.

Особый интерес представляли те, кто имел опыт полковой или дивизионной разведки, обладающие другими воинскими специальностями – сапёры, снайперы, а из призванных с гражданки – профессиональные охотники. Среди сибиряков или жителей Севера такие были. Это почти готовые разведчики: ходят неслышно, маскироваться умеют, способны читать следы и различать «голоса» леса, метко стреляют, могут выживать в лесу на подножном корме. Таких стоит подучить специфическим знаниям – и готов разведчик.

Отобранные бойцы уселись в грузовик, выехали.

Илья отбором доволен: после обучения получится хорошее пополнение. Через полчаса начало смеркаться. Откуда вынырнул немецкий истребитель, Илья не понял. Из кузова закричали: «Воздух!»

Шофёр затормозить не успел. Позади грузовика ахнул взрыв авиабомбы. Очнулся Илья в кювете. Поднялся, себя ощупал, осмотрел: вроде цел. На дороге разбитый грузовик догорает. Ни кабины, ни кузова нет, на обгорелых колёсах рама и двигатель. Илья обошёл остатки грузовика.

Убитый водитель и куски тел – нога в сапоге, оторванная рука. По счастливой случайности он один уцелел. Подъехал мотоцикл с коляской.

– Старшина, ты ранен?

А голос мотоциклиста Илья слышит, как сквозь вату.

– Вроде нет.

– Кровь у тебя из уха! – крикнул боец.

Илья провёл рукой, ощутил спёкшуюся кровь под левым ухом.

– Ты откуда? Могу подбросить.

– Мне бы в штаб Брянского фронта.

– Почти по пути.

Разведотделы всегда располагались недалеко от штабов, чтобы оперативно поставлять информацию о противнике.

Вернувшись в отдел, доложил о случившемся, выложил на стол личные документы погибших. После написания докладной записки отправился в медсанбат. Доктор после осмотра вынес вердикт:

– Контузия и баротравма. Две недели надо полежать, подлечиться."

"Так что новый, 1943 год Илья встретил в госпитале. Беспокоился за слух, но к концу второй недели он восстановился. А потом чередой пошли события. Приказом НКО № 24 от 10 января за подписью И. В.