Гром победы, раздавайся!

Как вот теперь его семье рассказывать? Чего детям говорить?

Чуть дальше, у небольшого перелеска расположилось тыловое хозяйство полка. Крайними в тени деревьев стояло несколько лекарских фур. Тут же возле них были натянуты два больших парусиновых шатра и еще один поменьше. Возле кипящего на огне котла стоял нестроевой солдат Зубов и помешивал там своей длинной палкой.

– Карпыч, ну, ты прямо как заправский лекарь, – кивнул Алексей на надетый на солдате со следами крови фартук.

– Ваше высокоблагородие, рядовой интендантской службы особого полка егерей Зубов исполняет задание господина врача! – вытянувшись перед полковником, доложился ветеран.

 – Ранетого маненько пришлось придерживать, вот и брызнуло, – вздохнув, погладил он фартук. – Тут ведь, помимо наших егерей, казаки с драгунами и своих еще принесли. Вот Илья Павлович с лекарями и выхаживали их все утро. Один только лишь бедолага помер. Остальные, говорят, на поправку пойдут, ежели им, конечно, покой и должный уход дать.

– Карпыч, и это еще в котел заложи! – из большого шатра выскочил с тазиком лекарь Устинов.

 – Ой, виноват, господин полковник! – опешил он, увидев возле костра Егорова. – Я с шатра да на улицу бегом, а тут вы.

– Ничего, ничего, Венедикт, ты тут при своей службе, и я тебе не мешаю, работай, пожалуйста, – успокоил парня командир полка. – Давай, давай, что у тебя там?

– Дэк перевязь старую надобно проварить, господин полковник, – показал тот тазик.

В нем лежал целый ворох окровавленных тряпок.

Высыпав содержимое в котел с кипящей водой, он вопросительно посмотрел на Егорова.

– Может, вам Илью Павловича позвать, или же вы сами в шатер зайдете? Он там драгунскому унтеру порез на плече сейчас зашивает.

– Нет-нет, Венедикт, не буду я ему мешать, – отмахнулся от приглашения Алексей. – Пускай он спокойно работает. Много вам тут заботы с утра привалило?"

"– Да утром-то это еще ладно, – пожал плечами лекарь. – Там из десятка егерей только лишь у троих серьезные ранения были, а все остальные так себе, мелкие.

Хотя одного, который из лазарета обратно в роту рвался, он тоже здесь придержал, не отпустил его пока. А вот не так давно драгуны с казаками прискакали и своих раненых тоже попросили обиходить, вот там, конечно, работы уже много было. Один бедолага прямо при полостной операции в шатре помер. Ранение у него уж очень серьезное было: печень пулей задело. Ну как же такого-то вылечишь? Еще странно, что его до нас живым сюда довезли.