Гром победы, раздавайся!

 – Бросай подальше!

Несколько десятков гренад, наполненных зажигательной смесью, вылетели из ременных пращей пионеров, и шагах в семидесяти перед русскими укреплениями вспыхнуло ослепительно яркое пламя множества костров. Из темноты разом выступила плотная колонна кавалерии.

– Батальон, огонь! – скомандовал Дементьев, и три с половиной сотни ружейных стволов ударили в хорошо освещенную цель. Следом рявкнуло три фальконета, посылая вперед рой мелкой картечи.

Первые ряды беслы словно бы срезало ножом, но масса конницы продолжала по инерции нестись вперед.

Лошади перепрыгивали через пламя от зажигательных гренад и расходились перед ретраншементом в стороны.

– Фугасы! – крикнул майор, и десяток направленных взрывов ударил им навстречу огнем и металлом.

Тревожно гудел рог на поле, подчиняясь ему, всадники разворачивали своих коней и теперь откатывались в ту сторону, откуда они только что прискакали.

– Сергей Андреевич, не успевает первый батальон! – крикнул квартирмейстер второго поручик Воробьев.

 – Может, нам самим в атаку двинуть? Успеем ведь еще полсотни совнями ссадить, пока они тут разворачиваются!

– Всем пока стоять на месте и продолжать стрелять! – крикнул Дементьев, разряжая по всадникам свою фузею. – Выполняем приказ командира полка!

С вала вслед черным теням продолжали бить ружья егерей.

Вдруг слева, шагах в трехстах от ретраншемента поле осветилось новыми разрывами от зажигательных гренад, и там грохнул первый залп из ружей.

– В атаку! – рявкнул Дементьев.

 – Кто с совнями, вперед! Вот теперь пора!

Второй батальон скатился с вала ретраншемента и понесся в ту сторону, где сейчас била частая россыпь выстрелов.

* * *– Все-таки выскользнули! – процедил сквозь зубы Егоров. – Ведь зашли уже в ловушку! Все же просчитали! Ну как так?! – Лешка в сердцах ударил кулаком по стволу фальконета.

– Две сотни беслы, Алексей Петрович! Две! – с нажимом сказал командиру полка Кулгунин. – Две сотни всадников личной гвардии султана сегодня убито, против одного нашего егеря, которого раненый в темноте кинжалом пырнул! А сколько еще на конях побитыми уехало?

– Я все это умом понимаю, Олег Николаевич, – сказал со вздохом Егоров.

 – Были бы это сипахи, легла бы их основная масса, а то, глядишь, и все. Просто обидно мне! Понимаешь?! Все ведь пошагово рассчитали, ну кто же знал, что они тремя волнами будут идти?! Вы поглядите, какая слаженность, у этого врага есть чему поучиться! – оглядел он своих заместителей.