Гром победы, раздавайся!

 – Господин полковник, сейчас они на редуты нахлынут, пора подрывать фугасы!

– Жде-ем! – прорычал Алексей, оглядывая все поле боя. – Господин премьер-майор, ступайте к сборному батальону и ждите с ним сигнала к атаке!

– Слушаюсь, господин полковник! – козырнул главный квартирмейстер и устремился к обратному скату редутов, туда, где уже выстраивались в шеренги три стрелковые роты.

Волна турок, разметав передние рогатки и баррикады, выстроенные перед русскими укреплениями, и теряя при этом десятки своих людей от пуль, устремилась к редутам.

– Канонирам товсь! Фугасы подрывай! – скомандовал стоящему подле себя главному оружейнику Егоров.

Курт дунул в свисток, и по этому пронзительному сигналу полковые пионеры резко дернули зажатые в их руках натяжные шнуры. Один, второй, третий разрывы вздыбили землю перед валами. За ними следом басовито грохнули еще два, и в мечущихся внизу турок ударили картечью все установленные на редутах орудия.

– Батальон, в атаку! – завидев отмашку полковника, скомандовал Гусев.

Три с половиной сотни егерей со штыками наперевес кинулись плотной колонной по дороге между редутами. Сбив несколько десятков турок, выскочивших из завесы пыли и дыма, сводный батальон быстро перестроился в три шеренги и потом пошел под барабанный бой скорым шагом вперед.

Отбитый с правого фланга ружейным огнем неприятель откатывался обратно в степь, а вот с левого его сотни уже карабкались на оборонительный русский вал.

– Живан, бери две роты с центральных редутов и поддержи четвертую Рожкова! – крикнул Алексей.

– Комендантский плутонг, вестовые, отборные стрелки и пионеры, все ко мне! – скомандовал Егоров, оглядывая поле боя. – На левый фланг, братцы. За мной, в атаку! Ура!"

"– Ура-а! – поддержали командира четыре десятка егерей. Этот небольшой отряд, пришедший на помощь четвертой роте в самый критический момент боя, укрепил оборону всего левого фланга и дал подготовиться к атаке двум сотням егерей под командой подполковника Милорадовича.

– Господин полковник, на поле боя захвачен флаг алая и шесть отрядных бунчуков! – докладывал Егорову главный квартирмейстер. – Наши потери – девятнадцать человек, и еще двадцать семь раненых.