Гром над Тверью

И как себя с ними вести? А почему меня вообще должно это заботить? Я княжна, они мелкопоместные дворяне. Начнут зарываться, поставлю на место. Хотя хотелось бы с ними подружиться. – Мысли беспорядочно заметались, и я почувствовала, что холод внутри начал медленно отступать, а мир приобретать краски.

Все остальное прошло как в тумане. В себя пришла уже в своей комнате, и, бессильно упав на постель, задумалась. Надо выкинуть все лишние мысли из головы, через месяц выборы в студенческий совет, и у меня есть хорошие шансы стать его председателем.

Надо сосредоточиться на этом. Буду решать проблемы по мере их поступления. Все, я спокойна, холодна, я лед.

Незаметно погрузившись в себя, успокоилась, дыхание стало ровным. Привычно вернулся покой и уверенность в себе. Из медитации вырвал звонок телефона. Не глядя, сняла трубку.

Услышав любимый голос, я едва не сорвалась. Нет, нельзя, я – лед, я – айсберг, я – зима. Нет эмоций, нет желаний, только стужа. Быстро удалось взять себя в руки и жестко его отшить. Как справилась, сама не знаю и лишь отключившись, поняла, что я наделала.

Слезы брызнули из глаз и сердце сдавило болью. Он не поймет и не простит, и конечно, больше не позвонит. Я сама поставила на всем крест, у нас бы все равно ничего не получилось. Все правильно, но почему же так больно…

Сергей Изборин.Какой садист придумал вставать по утрам? Наверное, тот же, что и школу. Как назло, спать хотелось ужасно, хотя я и лег накануне рано.

Позволив себе поваляться еще две минутки, я резво подскочил и рванул в душ.

После переоделся, быстрый завтрак, и я, выйдя из дома, отправился в сторону школы. Идти было не далеко, погода стояла теплая, так что я, наслаждаясь движением, легким шагом и хорошим настроением, намеревался грызть гранит науки.

Школа встретила меня шумом, криками детей и воплями учителей, пытавшихся навести хоть какой-нибудь порядок.

Младшие классы строились перед входом в здание, а старшие проходили внутрь. На входе на меня налетел возбужденный чем-то Гриша и, пытаясь перекричать шум, что царил везде, что-то быстро проговорил.

Увидев мое непонимающее лицо, махнул рукой и, как ледоход, попер внутрь, жестом показав следовать за ним. Поднявшись на второй этаж, он остановился у двери класса и смахнул пот со лба.

– Каждый раз одно и тоже, – устало проговорил он. – Первые классы пытаются разнести школу в начале учебного года. Так, это наш класс, мы здесь занимаемся весь год, шкафы для одежды находятся внутри, выберешь себе свободный.