Гризли

 — Я змей уж точно есть не намерена. Мне с твоим появлением животной экзотики и так выше крыши!

— Значит ли это, что в определенном плане я тебя полностью удовлетворяю? — подмигнул нахмуренной погремушке, добираясь до ее добычи.

Но за мгновение до того, как я завладел ею, Шрек молнией метнулся к рыбине и, ухватив ее сразу за головой, потянул прочь, угрожающе урча. Выглядело это более чем забавно, учитывая, что приходилось ему бежать враскоряку, а длинное скользкое тело извивалось между всех его четырех лап, хлеща из стороны в сторону так, что его аж заносило.

— Эй! — окликнул я кота, притормаживая, удерживая за леску. — Это добыча нашей погремушки, нахалюга!

В ответ заработал только шипение с заунывным подвыванием и замах лапы с растопыренными когтями. Отдавать честно сворованное мой постоянный сожитель был явно не намерен. Он на рыбе, сколько его знаю, просто помешан.

— Да пусть его жрет! — махнула рукой Роксана. — Спасибо, кошак, ты меня спас от змеи.

— Не змея это! А вьюн. Рыба такая. И между прочим, я на этой речке с малых лет рыбачу, а такой здоровый мне ни разу не попадался!

Я сделал еще одну безуспешную попытку отнять рыбу и еле увернулся от царапин.

— Не будь жадиной, гризли, — откровенно потешалась уже надо мной Роксана. — Это же я типа осталась без обеда. А у котяры ты, похоже, не в авторитете.

— У него никто не в авторитете, особенно где дело касается еды, — ответил, поворачиваясь к ней и опять зависая от одного только взгляда на ее лицо сейчас.

Блестящие от недавнего легкого потрясения уловом глаза, румянец, что так и хочется назвать милым, даже рискуя получить за это первым попавшимся камнем по башке, расслабленная, так похожая даже на счастливую улыбка.

— Ну чего ты на меня так уставился? — насупилась она, и… Мне не чудится? Покраснела? Едва заметно, тут же отвернувшись, но да, так и было.

— Будто я могу, — ухмыльнулся, осознавая, что рискую нарваться, но с этой волной оттепели внутри ничего уж не поделать. Ты заставляешь меня чувствовать, погремушка, и я намерен отвечать тебе взаимностью. Закрывайся, сколько хочешь, однажды устанешь это делать, а я всегда рядом и на низком старте. Рвану во всю мощь прямо тебе в душу, и черта с два ты меня оттуда потом вытравишь. Корни мигом пущу, что тот сорняк ползучий.