Адептка (сборник)

И вот снова-здорово: стою на холоде, зуб на зуб не попадает, жду, пока Хор назад книгу выкопает, чтоб ей в Бездну провалиться… и тут:

– Здравствуй, Ривушка, – хромой ловко выскочил из тени собственного дома и устремил неведомо куда раскосые очи, – меня дожидаешься, красота моя?

– Конечно, тебя, – а у самой сердце больно так о пятки ударилось, аж с прежнего ритма сбилось, – чего ж еще мне здесь делать?

– Так, может, в дом зайдешь? – И ручки свои тощие ко мне протянул.

– Зачем в духоте сидеть? – спросила, а у самой аж лицо от холода свело: – Воздух вон какой свежий – прелесть.

– Тогда, конечно, наслаждайся, душа моя, – ухмыльнулся мой косой кошмар, а я так и услышала, как он про себя фразу договаривает: «… пока можешь». Ну, погоди, мы еще повоюем!

– Пошли, Вантей, погуляем, что ли? – улыбнулась ему заискивающе. У меня же брат там, во дворе, копается, вот-вот сюда выйдет.

– Не хочу я гулять. – Он хитро прищурился, а мне аж тошно, настолько противен мне весь его вид.

"Не иначе, как знает, что я неспроста тут стою? Ах ты ж кабелюка! Да чтоб тебе…

– Всего вам темного, – позади меня раздался тихий вкрадчивый голос. – Гуляете, молодежь?

Офицер Ночной стражи! В черном плаще до земли, в капюшоне, накинутом на голову – стоит, наглец, ухмыляется. А я вдруг картинку на форзаце учебника вспомнила – точь-в-точь подбородок, губы и нос такие же там нарисованы были.

– Гуляем, господин офицер. – Вантей заулыбался, показывая желтые кривоватые зубы. – Вот с невестой решили обсудить планы на будущее. – И на меня рукой показывает, подмигивает. При этом один его глаз смотрит вверх, второй – на нежданного гостя.

– О, так скоро в империи на одну семью больше станет? – Ночной страж выдал радостный оскал, продолжая прятать взгляд в тени капюшона. – Замечательно! Мои вам поздравления.

– Какие поздравления? – Меня чуть не перекосило вслед за «женихом» от свалившегося счастья. – Оставьте-ка эти домыслы себе. Я еще согласие свое не давала, отец обдумывает предложение этого… – кивнула на свой хромой кошмар, опомнилась и добавила: – Этого прекрасного господина.