Грешники

Я эти сутки места себе не находил. Думал, что сказать тебе. Чтобы ты меня простила. Хочешь, на колени встану? Встать?

Смотрю в его лицо - глаза ангельские, и под ними темные круги. Волосы непривычно взъерошены и шелковая рубашка помята, он будто не спал совсем.

- Не знаю, что на меня той ночью нашло, - продолжил Кирилл, сжал мои плечи. - Просто я очень ревнивый. А этот Барсов...крутился возле тебя. Что мне оставалось делать? Я вспылил. Понимаешь? Простишь меня?

Хлопнула дверь соседнего подъезда. И я машинально покосилась туда - на отца, что бодрой походочкой отправился в магазин за горючим.

- Хочешь, отца твоего в клинику пристроим? - проследил за моим взглядом Кирилл. - Лучшую найдем. Забудет, как бутылка выглядит. Ну Злата. Ну скажи что-нибудь.

- Нужно документы оформить, - выдохнула и подняла глаза к его лицу. - На развод.

Сказала это. И уверилась, что нам, правда, надо разойтись, ведь я и сама не безгрешна, я прошлой ночью, привязанная к клетке, позволяла другому мужчине делать со мной такие вещи, что от воспоминаний горит лицо.

И того, другого мужчину я жду здесь, во дворе, от нетерпения сгораю.

Не мужа.

- Мне жаль, что мы с тобой...- начала и осеклась, когда хватка на моих плечах стала сильнее. И съежилась, когда Кирилл, не стесняясь прохожих и детей на детской площадке замахнулся.

И отвесил мне оплеуху.

В ушах зазвенело, и его лицо на миг перед глазами расплылось, я не ожидала удара, ведь он так извинялся. Я думала...

И теперь почти ничего не соображаю.

- То есть тебе жаль, Злата, - повторил Кирилл, стискивая мое плечо, на месте меня удерживая.

- Отпусти меня! - выкрикнула и дернулась из его рук. Ткань футболки жалобно затрещала. - Кирилл, отпусти. Или я так заору. Что вся округа сбежится.

Ухо горит, в ушах до сих пор стоит звон, мой голос тоже звенит, мне хочется, чтобы этот мужчина, лицом и фигурой которого можно обложки журналов украшать - хочется, чтобы он просто убрался отсюда.

Как быстро. Теплые чувства к нему обратились в страх.

- Ясно, - процедил муж. Отпустил меня так резко, что я пошатнулась. Он растер лицо и усмехнулся в ладони. - Злата, ну цирк. Ты живешь в клоповнике. Море только на картинке видела. Как и рестораны, в принципе. Шмотки нормальные. Да нихрена ты не видела. И ты меня бросаешь, да? Самой не смешно.

У меня болит ухо и мне не смешно. Поэтому жду, когда веселиться закончит он.