Грешники

Он женат. И я замужем. Но если для меня за каких-то несколько дней Кирилл стал чужим человеком, то Савва - не студентка-малолетка, он взрослый мужчина, и ничего бросать не собирается, у меня на кону пусто, лишь глупое сердце, а у него семья, дружба и еще черт знает что.

Ненавижу его. За спокойствие и рассудительность, за такой легкий отказ, за него самого, за то, что он по соседству живет.

- Злат, ты зря не пошла, - голос Светы разрубил наше молчание, длинною в вечность, подруга, хихикая, наклонилась над столом.

Плевать мне. С кем проводит время наш препод. Слышать никого не хочу, особенно Свету, как же я могла, так сильно вляпаться в ее мужа, что сижу рядом с ним и мечтаю провалиться сквозь землю.

- Собирайся, поехали, - Савва поднялся. Сделал знак официантке, и девушка с подносом тут же выросла у нашего столика.

Пока она собирала пустые стаканы - подруга возмущенно спорила, что время детское и домой она не хочет, что Савва зануда, который не умеет нормально, по-людски отдыхать.

- Отчаливаете уже? - вернувшийся Кирилл за руку попрощался с Саввой. - Жаль. Барс, а ты..."

"- Я до клуба дойду, - Андрей подтянул рукав пиджака и посмотрел на часы. Присвистнул. - О работе совсем забыл. В компании ваших красавиц, - сказал он.

И уперся взглядом в меня.

Он без слов намекает. Наш грязный секрет просто так не забудет, не отстанет, и если он молчит - то лишь потому, что никуда не торопится, мы в одном поселке живем, от него не сбежать.

Покраснела и растерянно покосилась на Савву.

Он тоже заметил. Как смотрит Барсов. И нас ничем не выдал, непринужденно шагнул за ним, когда Андрей двинулся к лестнице.

- Барс, на пару слов, - долетело до меня.

Отвернулась.

Да пусть рассказывает. Какая разница. В ушах приговор звучит: я не думаю, что у нас что-то получится, Злата.

Поднялась, пряча глаза.

- На улице подожду, - бросила Кириллу, который уже отвлекся на звонок телефона.

- Ты чего такая мрачная? - Света нагнала меня, ущипнула за локоть.

Подруга так возбуждена своей гениальной идеей, она даже не замечает моего молчания, идем к машинам, и Света расписывает, какой огненной станет вторая половина лета.