Грешники

Дорога снова пустая, полицейская сирена пока не воет, нас будут искать не сразу.

Я успею ее сберечь.

- Если Кирилл видел, в кого врезался, - она сжимает мою ладонь, цепляется в нее, как маленькая. - Тогда к нам придут.

- Поэтому забираем сейчас твои документы и ты летишь отдыхать.

- Что?

Большим пальцем глажу ее запястье и смотрю вперед, вокруг темные стены леса, над нами темное небо, хочется помолчать, момент этот, пока мы вместе, продлить.

Ведь мы скоро расстанемся.

И не увидимся очень долго.

- Савва, - позвала она, крепче сжав мою руку. - Куда мы летим?

- Ты летишь. Куда билет будет, - бросил отрывисто.

Это гребаное напряжение - оно в салоне зависло, я чую волны паники от дрожащего тела рядом.

- А ты? - она сглотнула.

А я бегать ни от кого не собираюсь, что сделал - то сделал.

Но ее на растерзание не отдам, пусть они нахрен идут.

- Тебе не только о себе позаботиться нужно, Злата, - мягко ответил.

Покосился - она смотрит огромными расширенными глазами.

Куда ей одной."

"Ее мать живет за границей - пусть она будет с ней. Хочет Злата или нет - сама не справится сейчас.

- То есть я уеду, а ты останешься? - медленно дошло до нее. Зеленые глаза блеснули в свете фонарей. Она отбросила мою руку и отвернулась к окну. - Нет.

- Так надо.

- Нет, я сказала! - она повысила голос, я замолчал.

Машина несется по блестящему проспекту, на тротуарах кучкуются компании, через две недели наступит осень.

И какая-то другая жизнь.

Заехал в ворота и дальше, к зданию больницы и освещенным окнам, затормозил у крыльца и взялся за ручку двери.

- Не смей, - Злата перехватила мою руку, дернула к себе с неожиданной силой, я повернулся. Она подалась ко мне. - Просто вернемся домой, и все. Я туда. А ты к Свете. Скажем, что нас на той дороге не было. И машину твою сожжем.

- Перестань, - поморщился.

- Сам перестань! - выкрикнула она. Она вот-вот разрыдается, глаза полны слез. - Я без тебя никуда не поеду.