Грех во спасение

 – Митины глаза встретились с Машиными – широко открытыми, полными отчаяния. Щека его нервно дернулась, и он почти сердито сказал: – Я не могу допустить, чтобы вы страдали или, того хуже, погибли из-за меня. Простите! – Он резко отвернулся и произнес внезапно охрипшим голосом: – Прошу только, не уговаривайте меня. Я все решил окончательно. – Вновь повернулся к ним, обвел глазами все еще не пришедших в себя от потрясения Антона и Васену, остановился мрачным взглядом на Маше и тихо добавил: – Прощаться тоже не будем.

Долгие проводы – лишние слезы! Сейчас я уйду, а вы постарайтесь незаметно...

– Барин! Дмитрий Владимирович! – Антон вскочил на ноги и показал рукой куда-то вверх. – Смотрите! Смотрите!"

"Под ноги им посыпалась мелкая щебенка, сухой козий помет, и все четверо замерли в изумлении: прямо над их головами спокойно и гордо шествовали две оленухи с совсем еще маленькими, очевидно недавно родившимися телятами. Животные словно парили в воздухе, и, только присмотревшись, удалось заметить, что они передвигаются по узкой скальной полке, размером в пару аршин, не более, которая казалась снизу не шире атласной ленты в девичьей косе.

– Тропа! – выдохнули они одновременно. – Тропа! – закричали радостно, вскочили с мест, все еще не веря своему счастью, которое не подвело их и на этот раз, расщедрившись в последний момент на воистину королевский подарок.

Только взобравшись на карниз, они поняли, насколько точно название тропы отвечало нынешнему ее состоянию.

Гигантская россыпь поглотила ее начало, и теперь она проходила гораздо выше, чем прежде, так что молодым людям пришлось приложить немало усилий, чтобы подняться на нее по ненадежному, грозящему обвалами склону. Вблизи тропа представляла еще более жалкое зрелище, чем снизу. Нога человека не ступала на нее уже лет десять. Постоянные камнепады, стекающие со скалы многочисленные ручьи постепенно подтачивали карниз, и на некоторых участках его оставалось на вершок, не более. И в подобных местах приходилось идти, прижавшись лицом к скале, уповая лишь на бога да на везение.

Склон, который они пересекали, был крутым и на головокружительной высоте падал отвесно вниз. В какое-то мгновение Маша представила, что будет, если один из них не удержится на тропе. Наверное, потянет за собой всех остальных в эту ужасную бездну, дно которой усеяно острыми, как штыки, скалами. Но она тут же постаралась отогнать от себя эти мысли.