Грех во спасение

– Потерпи, Цэден, ради бога, потерпи! – умоляла его Маша, пока мужчины не слишком ловко укладывали раненого среди камней."

"Цэден был еще жив. Но пульс уже почти не прощупывался, и огромное пятно крови проступило на его мундире. В крови были и руки Маши, и руки Мити, и более всего Антона. Он бережно поддерживал Цэдена под спину и жалобно кривился, словно собирался заплакать.

Раненый открыл глаза, на губах у него выступила розовая пена. С трудом шевеля губами, он произнес:

– Простите, что все так неудачно получилось! – Он опять прикрыл глаза и едва слышно проговорил: – Расстегните мундир.

..

Маша почти ничего не видела от слез, застилающих глаза, и никак не могла справиться с пуговицами, так как петли намокли от крови.

Митя мягко отстранил ее и достал из-за пазухи раненого три слипшихся от крови орлиных пера. Все-таки не сумела уберечь Цэдена «солнечная» птица!..

Ротмистр медленно поднял руку, словно собирался перекреститься, а возможно, дотронуться до перьев священного орла.

Но сил уже не хватило, рука упала на грудь; Цэден, захрипев, вытянулся и, открыв глаза, в последний раз взглянул на небо. Грудь его испустила короткий судорожный вздох, и Цэден умер.

Митя скрипнул зубами, притянул к себе Машу и попросил:

– Только не плачь! Он сделал все, чтобы помочь нам! Правда, теперь шансов на спасение у нас почти не осталось! Но мы должны постараться выбраться из этой западни. Нам некогда хоронить Цэдена, поэтому придется завернуть его в одеяло и взять с собой.

Теперь у нас один путь: возвращаться на заимку Прасковьи Тихоновны. Возможно, так мы сможем обмануть Мордвинова. Он думает, что мы будем пробиваться в Китай. А мы пойдем на восток, где нас искать не будут.

На противоположном краю ущелья галдели, изредка постреливая, казаки, сердито ругался Мордвинов. А на этой стороне беглецы обернули тело Цэдена одеялом и, прячась за камнями, перенесли его к лошадям, удивившись его необыкновенной легкости.

До этого никто из них не замечал, насколько бурят был тщедушен и мал ростом.

Маша завернула перья в платок и передала Мите. Он положил их за пазуху и вскочил в седло. Через мгновение беглецы покинули место, где они понесли очередную тяжелую утрату. Им предстояло вновь вернуться на тропу контрабандистов и постараться опередить своих преследователей, которые рано или поздно найдут переправу через каньон и устремятся за ними в погоню.