Граф Суворов. Том 3

Вот мы почти сравнялись в скорости, я все еще умудрялся наседать, но за счет опыта и размера мы уже в паритете, но на этом Василий не остановился, разом взвинтив темп.

Отработанная годами тройка чуть не достала меня в голову, пришлось отступить, но денщик словно прилип. Удары стали хлесткими, будто плеть. Руки мелькали, меняя направление удара, и я понял, что сдаю. Опыт, вес, мастерство и длина конечностей — все снова на стороне противника.

И вот наставнику, да еще и травмированному, проигрывать оказалось обидно.

На столько что в определенный момент я плюнул на приказ, и влил прану в глаза. Да только существенной разницы это не дало. Я видел удары противника, но просто не успевал за ними. Напитать малый круговорот. Шаг влево, уйти от удара, поймать руку на мягкий блок и тут же пробить в ответ.

Успел! Василий даже покачнулся. Вот только силы оказалось недостаточно чтобы свалить его с одного удара в корпус, а второго мне никто сделать не позволил. Словно провалившись в боевую медитацию Василий еще раз взвинтил темп, превратившись в сумасшедшую ветряную мельницу во время урагана.

Воздух, разрываемый его кулаками, гудел, с такой скоростью денщик махал руками. К прямым ударам добавились рубящие, я сумел лишь отшатнуться от очередной волны, когда понял, что она мне не привиделась. Василий и в самом деле использовал конструкты, хоть и очень точечные.

Отскочить, большой круговорот, мироощущение на максимум, все в скорость — сейчас главное сравняться. Пусть мне не хватает навыков и силы, если я стану быстрей — сумею переломить ход спарринга.

Прану в меридианы, «воздух» раздувает «огонь». Еще рано использовать эти чакры на полную, но я справлюсь.

Назад, отскочить. Контрудар, перехват… в последнее мгновение я понял, что мою руку чуть не перерубил конструкт противника. Глаза Василия остекленели, противник бил во всю дурь, а окружающие ничего не замечали, с увлечением глядя на поединок, давно ставший смертельной схваткой.

А я даже крикнуть не успеваю! Отвлекусь, хоть на секунду — умру! Прыжок, в сторону, назад, снова назад.

Воздуха едва хватает для дыхания, зрение сужается в туннель, где кроме меня и противника нет ничего. Вижу! Пробойник!

Встретившиеся конструкты с легким звоном сломались, но у меня еще оставалась сила для удара, вот только по мне тут же прошел пресс. В сторону, отбить еще один! Поднырнуть под руку врага и в печень пробойником! Василий впервые отшатнулся, но не упал, а ударил с двух рук, создав два пресса с разных направлений.