Госпожа злодейка против! (СИ)

То, что не даст так просто разломить твою семью. И я вполне могу в этом помочь.

— Причины… Только в этом? – напряженно проронила Кассия.

— Не только. Ты мне интересна, я ведь и не скрываю. А ещё мне интересно докопаться до сути. И я чувствую, что только ты можешь мне в этом помочь.

Почему-то стало немного легче. Назовите это глупым, но у неё появился проблеск надежды, или вроде того.

— Если… Если потом я захочу отменить помолвку, ты с этим согласишься?

— Посмотрим, - усмехнулся Седрик, склонив голову набок.

*  *  * Она искренне (и, видимо, чересчур наивно) надеялась, что на этом события завершатся и ей, наконец, дозволят спокойно вернуться домой. Кассия мечтала только о тёплой ванне с душистой пенкой, однако, вместо этого её проводили на частную аудиенцию. И даже не к королеве, как можно бы было заподозрить. К королю.

Как бы ей хотелось отказаться. Не смотря на опасения перед царственной супругой, король Августин также не вызывал тёплых чувств у девушки. Правильнее будет сказать, что она его презирала.

Деяния этого человека могли вызвать лишь стойкое омерзение. В конце концов, он не только изменил своей жене, но и нечестным образом принудил мать Седрика к соитию.  И этот тип – повелитель Валлии.

Кассию привели в просторный зал, где Его Величество располагался в уютном кресле, всё с таким же отсутствующим видом. Когда Кассия вошла, он сделал вялый жест, призывая придворных уйти. Рядом с ним остался лишь один слуга, с непроницаемым лицом.

— Садитесь, леди, - голос короля звучит устало.

Августин перевёл на неё блёклые глаза, но разглядывал девушку недолго.

— Теперь ты невеста Седрика. Позаботься о нём.

Родительский наказ? В его тоне оттенки сомнений, с которыми леди Аулиц отчасти соглашалась. В конце концов, она сама не была уверена в выборе кронпринца.

— Да, Ваше Величество, - сдержанно ответила Кассия.

— Аулиц… Твоя семья, как всегда, приковывает взгляды? – он пожевал губами, глядя куда-то вдаль.

— Моя семья имеет значение? – нахмурилась Кас.

— Конечно, имеет, - на сухих губах проскользнула улыбка, - ты презираешь своего короля.

Она едва не вскочила. Да что он несёт? Хочет обвинить её в измене?

— Ничего-ничего… - пробормотал Августин, прикрывая глаза, - ты просто знаешь, как Седрик родился. Он тебе об этом рассказал… Какая, всё же, мука, думать о его матери. Вам, молодым – не понять.