Город драконов. Книга вторая

Черезмерное преувеличение в принципе не шло вразрез с заклинанием приворота, но позволяло вызвать отторжение на уровне подсознания, поэтому я, все так же с закрытыми глазами, начала представлять, как вены, четко виднеющиеся на его руках, становятся больше, шире, узловатее, синеватее, и одного этого хватило, чтобы полуголый образ Кристиана вполне себе утратил в привлекательности.

Но тут лорд Давернетти ослепительно улыбнулся.

Мое сердце дрогнуло, а воображение услужливо увеличило оскал дракона настолько, что теперь собственно оскал выходил за рамки лица.

Буду откровенна – получилось настолько жуткое зрелище, что даже как-то расхотелось спать. Сев на постели, я посидела, массируя виски, после чего вновь легла, закуталась в одеяло посильнее, закрыла глаза и…

Васильковое поле, лорд Давернетти с гиперболизированной венозной системой и частично повисшим в воздухе оскалом и я, с диким воплем убегающая прочь от чудовища.

Это было поражение. Полное и абсолютное. Для приворота, естественно.

Нет, заклинание на этом не успокоилось, и до самого утра меня преследовало васильковое поле, цветы на котором складывались в витиеватую надпись «Кристиан», облака, причудливо изображающие все ту же надпись «Кристиан Давернетти», и жуткий монстр, который если и будил во мне какие-то инстинкты, то все они были связаны исключительно с бегом на длинные, очень длинные дистанции.

* * *К утру я проснулась в весьма бодром настроении и состоянии души, никак ночные пробежки весьма благостно отразились на моем здоровье.

Когда вошла миссис Макстон, я уже умывалась и встретила ее с улыбкой, которая тут же нашла отражение на лице экономки, и она произнесла:

– Рада, что вам лучше. Когда будем увольнять мистера Нарелла?

Несколько оторопев, я замерла с полотенцем в руках и уточнила:

– За что?

– За излишне фривольное отношение! – воскликнула мгновенно ставшая грозной миссис Макстон.

– Но, позвольте, я не в обиде на мистера Нарелла, несомненно, мне было неприятно услышать подобное, но…

И тут миссис Макстон побагровела и нехорошим тоном переспросила:

– То есть он осквернил не только мой чайный сервиз, но и ваше доброе имя?!"

"Ответить мне не позволили – экономка вылетела из моей спальни как снаряд, запущенный силой порохового взрыва.