Город драконов. Книга вторая

Зашвырнув перо для написания кровью в спиртовой раствор, я торопливо пересела за стол, схватила листок и приготовилась записывать. Записывать было что.

– Нашу память стерли, – проговорило послание, – причину я не сумел выяснить за всю свою жизнь, но кое-что удалось узнать, проникнув в поместье Арнелов. Там, в склепе, защищенном неожиданно для меня от представителей вымершего рода Rufusdraco, обнаружились частью затертые в попытке уничтожения, частью вполне пригодные для прочтения табу, то есть правила, которые драконам родов-основателей Вестернандана было запрещено нарушать, и наставления, кои следовало исполнять неукоснительно.

Я торопливо записывала каждое из наставлений и как-то оказалась не готова к тому, что они завершатся четвертым пунктом.

– Существует целая сеть тех, кто противостоит пробуждению памяти крови, поэтому, попав в город, ты столкнешься с тем, что девы драконов нередко рожают задолго до вступления в брак.

Я замерла, а миссис Макстон скептически заметила:

– Уже столкнулись.

Но мы едва ли отреагировали на ее слова, уделяя все внимание посланию, которое… взяло и самоуничтожилось. Молча. Без вспышки. Осыпавшись пеплом в мой так и не тронутый чай, который теперь-то уж точно годился лишь на то, чтобы его вылить.

– И это все?.. – потрясенно вопросила Бетси.

Мы были с ней солидарны как никогда!

А потому все вопросительно посмотрели на тайник. Тайник, который взял и… самым издевательским образом закрылся!

– Да это уже ни в какие ворота! – не сдержалась миссис Макстон.

Частично, а скорее даже абсолютно и полностью мы были с ней согласны, но в то же время:

– Надо двигать в поместье Арнелов, – резонно заметил мистер Илнер.

– Профессор дал четкую наводку, – подтвердил мистер Оннер.

– Возникает вопрос, что не позволило самому профессору прочесть все послание предков до конца, – разумно подметил мистер Уоллан.

– Да леди Арнел, кто же еще, он там явно не один был! – миссис Макстон не скрывала своего негодования.

И тут Бетси вдруг задумчиво произнесла:

– А в тот склеп никого не пускают, это я еще в доме леди Давернетти услыхала.