Горький ветер свободы

Разумеется, я не спешила воспользоваться мазью. Спрятать клеймо, чтобы оно хотя бы не мозолило глаза мне же самой, было бы приятно, однако это не было бы избавлением от рабства в полном смысле слова. Поэтому чрезмерно сильных эмоций у меня появление такой мази не вызывало. Следовательно, я была способна мыслить логически и спокойно, не торопясь разобраться, что к чему."

"Воспользовавшись собственными знаниями о работе магических камней и помощью кое-кого из лекарей, работавших в нашей лаборатории, я постепенно сумела разобраться в природе этой мази.

Во-первых, убедилась в том, что она действительно предназначена именно для той цели, которую указал автор письма. Во-вторых, выяснила, из каких ингредиентов она изготовлена. Так что теперь, если бы я действительно надумала регулярно пользоваться мазью, ее всегда можно было бы изготовить в любых количествах. Правда, как упомянул автор письма, это было бы не вполне законно: прятать рабское клеймо – это некоторым образом то же самое, что скрывать свою личность. Но я была уверена, что этот вопрос Данте в случае необходимости смог бы уладить.

Тем не менее пользоваться мазью я пока не спешила. Не покидало чувство, что это не более чем очередной способ закрыть глаза на нерешенную проблему. К тому же ореол неизвестности, окружавший автора письма, несколько тревожил.

Так что на данном этапе я продолжала штудировать книги. Все, что нашлось в нашей библиотеке на интересующую меня тему, я уже перечитала, поэтому теперь приносила книги из города. Что-то брала в городской библиотеке, что-то покупала в книжных лавках, в том числе тех, где продавались старые и редкие экземпляры.

Однако пока мои поиски были безуспешны. Лишь в одной книге мне удалось отыскать упоминание о рабе, который избавился от клейма. Однако ни слова не было написано о том, каким образом он это сделал. Тем не менее, если верить книге, выходило, что снять клеймо все-таки возможно, пусть это и случалось чрезвычайно редко. Может быть, только однажды. И я продолжала поиски, хотя надежда была крайне зыбкой. Ведь упомянутого в обнаруженной мной книге человека могло и не существовать на самом деле. Или он мог избавиться от клейма при помощи такой же мази, как та, что хранилась сейчас у меня в покоях.

В тот день я ненадолго вышла из кабинета, а возвратившись, обнаружила там Фредиэно, сидевшего за столом и листавшего очередную книгу, которую я принесла из библиотеки. Я часто проглядывала эти книги именно здесь, в перерыве между делами.

– Простите, Сандра.