Горелый магистр

 — Фанис Георгиевич, пожалуйста примите как два ноля[17], и отправьте спецпочтой на адрес Михаила Леонтьевича Миля. Как конфиденциальную личную почту. — Фёдор Сергеевич задумался и повернулся к Саше. — И второй рисуночек из блокнота давай.

— Нет. — Александр вырвал листок, и подойдя к пепельнице, взял лежавшую рядом зажигалку, и поджёг листок. — Там многое не для вас.

— Да что ты… — Взвился директор, но его неожиданно остановил секретчик.

— Фёдор Сергеевич, молодой человек дело говорит.

А если там остальное не по вашему ведомству? Замучаетесь, если что, допуски и предупреждения подписывать.

— Гм. — Аристов покачал головой. — И то правда. — Прости меня, Александр Леонидович. Увидел твою сказку, и руки сами потянулись…

— Да ладно! — Александр улыбнулся и стёр носовым платком слеты пепла с пальцев. — Вы ж не за свой огород радеете. Весь завод за вашими плечами. Люди, кто делают эти машины, и те, кто будут на них воевать…

На удивление Александра с мотороллером закрутилось очень быстро.

Заводскую цену[18] установили в 300 рублей, что было чуть дороже чем мопед[19] «ЗИФ», но не шло сравнение с мопедами Карпаты за 350 рублей, мотороллерами Тула которые отдавали за 450, и рядом не лежали с мотоциклами цена на которые только начиналась от 450 рублей.

Под мотороллеры выделили целый цех, и даже закупили кое-какое оборудование. В основном прессовое, но поскольку штамповать собрались из алюминия, то прессы относительно недорогие.

Плюс установку по переплавке алюминиевого брака в трубу, из которой делали раму мотороллера, и небольшой моторный участок, где в раму вставляли собирали заказанные в Москве 49 кубовые моторчики.

Конечно для вертолётостроителей, сборка мотороллера была делом примитивным, но и у заводчан были дети, так что за производство болел весь завод.

Пока мотороллеры испытывали, возили в Москву в Минторг на оценку, пока утверждали в Госплане фонды и прочее, подошла зима, и продажи было решено чуть отложить до марта месяца, заодно наработав объём достаточный для насыщения торговой сети.

Но мелкие партии всё равно просачивались в торговлю, вызывая адский ажиотаж, и давку покупателей.

Сам же Александр выпустив в свет очередное детище, сразу переключался на что-то другое, выбирая из того, что ему интересно. Но даже сейчас, смотря на город, он видел ростки того нового, что им брошены.