Горячая Штучка: солнце, безумство и любовь

Довольный рык, ее пронзают все глубже и жестче. Схватил за шею и опять засасывающий, жадный, кусающий поцелуй.

Она бесвязно кричала, сама насаживаясь, царапая ноготками по рубашке, хватаясь за трещащую ткань и притягивая его к себе. Когда он схватил оба ее соска и приподнял к верху, подтягивая за них, и быстро врываясь низом, Вера всхлипнула, замотала головой и задергалась в конвульсиях наслаждения. Ее взрывало изнутри, насаженную на горячую плоть. Ее, такую жалкую, желающую, наконец получившую своего самца.

Уже расслабленную и размягченную, тяжело дышащую, он откинул ее на стол, скидывая оставшиеся упаковки невидимой утвари, поднял левую ногу в туфельке себе на плечо.

Волны наслаждения еще плескались в ее крови, она улыбалась безумной счастливой улыбкой. И поэтому не осознала, что хлопающий звук был звуком закрываемой двери.

Пришла девушка в себя не скоро. Села, ошалело мотая головой. Как могла подтянула и застегнула платье, вытерлась салфеткой, из найденной под рукой упаковки.

Ее мозг никак не мог принять его уход, парень бросил ее сразу после секса. Не медля ни минуты, ни сказал не слова.

Пошатываясь скорее от ужасного осознания, чем от усталости, она вышла в коридор и добрела до танцпола. Перед глазами все еще кружилось. Губы полностью пересохли.

На сцене пели «Залетные». Что именно, не понять, так сильно заболела голова. Надо забрать брошенную на диване сумочку и просто уйти, пришла в голову спасительная мысль. Потом переговоры, потом все, что угодно. Сейчас - просто уйти.

Она подняла голову, поискала свой диванчик.

Рядом с ним, облокотившись на перила, стоял Фадей. Умыляясь и салютуя бокалом. В белой хлопковой рубашке, широкоплечий, высокий, знакомо мощный.

_____

Вера лежала на диване, с трудом приходя в себя.

Последнее, что она помнила, как делает шаг, и шаг, и шаг назад от улыбающегося с лестницы Фадея.

После этого – отключка.

- Ты что наделал, идиот? Ты о чем думал, кусок дебила? А если бы она скопытилась?

Голоса жжужали, метались, шумели, бились друг о друга как разъяренные шмели.

- Да кто ж знал, что она так среагирует? Как первый раз, елы-палы.