Головоломка для практикантки. Фамильный приговор

«Интересно, – думал он, – почему Арина Данилина не упомянула о такой важной вещи, как проникновение убийцы в дом?»

Подойдя к машине, Лев Иванович поднял голову и машинально посмотрел на окна второго этажа коттеджа. Он увидел, как занавеска дернулась и от окна кто-то быстро отошел.

– Хорошо, что Арина Витальевна мне сама вынесла флешку. – К Гурову быстрым шагом подошел Примаков. – А то бы так без нее и уехали. Она сказала, что вы договорились с ней завтра снова встретиться.

Гуров посмотрел за спину Примакову и увидел, как Данилина входит в дом через двери веранды.

«А кто же тогда был на втором этаже? – мелькнула у Гурова мысль, и ей на смену тут же пришла другая: – Наверное, показалось».

Глава 16

Вернувшись в кабинет, Станислав засел за нудную работу – обзванивать районы Москвы и узнавать сведения о людях, которые находились в списке у Перцевой. Через два часа он уже знал, что только у двоих проживающих в Москве мужчин, попавших в список, было зарегистрировано подходящее оружие – правда, не «Тигр-9», но довольно серьезное – охотничьи карабины «Blaser R93» и «Сайга».

– Станислав Васильевич, я, как и договаривались, пришел с докладом, – заглянул в кабинет Денис Демченко.

– Что, уже пять? – удивился Крячко. – А ты чего скромничаешь? Давай заходи.

– Так вы заняты были… – смутился Демченко и вошел.

– Ну, мало ли, что я занят. – Крячко потянулся, распрямляя затекшую от долгого сидения спину. – Ты ведь не сватать меня пришел. Рассказывай, что там у тебя плохого."

"– Да вроде бы нет ничего плохого, но и хорошего тоже мало, – ответил Денис и устало опустился на стул.

– Давай-ка мы с тобой кофейку глотнем, – предложил Станислав. – А то я смотрю, ты весь как вареная сарделька. Устал?

– Да нормально, – отмахнулся лейтенант. – Жарко только очень. Не хочется кофе. Колы бы холодненькой глотнуть…

– Ну, не хочешь, так я себе одному налью. – Крячко встал и направился к чайнику готовить себе кофе. – Колы нет, а потому рассказывай как-нибудь так – без глотка живительной влаги.

– Да, собственно, и рассказывать-то особо нечего, – вздохнул Демченко.