Гончарное дело попаданки или Кирпич на вашу голову

Служанка сначала не поняла, замешкалась возле двери, потом удивлённо выполнила мой приказ.

— Что рассказывать, госпожа Альрина?

-----------

Дорогие читатели, история участвует в литмобе ""Пенсионерка попаданка""

https:// /shrt/9nlj

Глава 2

Оказалось, судьба моей предшественницы была простой и непростой одновременно. Сирота, которую отдали на попечение монахинь. За душой у бедной Альрины ни гроша, только старое поместье, что считалось приданым матери девушки и, поэтому не ушло с молотка, когда семья обанкротилась.

Отец поспешно ушел в мир иной, покончив жизнь самоубийством. Слабак! А матушка девушки была из хорошего рода, драконьей крови, держалась до того времени, пока младшей дочери исполнилось десять лет, и умерла. Если я младшая, то понятно, что есть кто-то старший, оказывается, был брат, тоже уже почивший. Прямо череда смертей в этой семье.

Насчёт драконьей крови я что-то не поняла, но расспрашивать поостереглась.

Поговаривали, что матушка Альрины не просто так умерла, её отравили, но никто за расследование неожиданной смерти обедневшей аристократки не взялся.

В общем, жизнь девочки была несладкой. Целых десять лет она провела в монастыре, судьба её была тоже стать монахиней «Павших», да приметил её Алан Райхорт, герцог Массийский, и влюбился в девчонку как не в себя.

Только я в эти слова Мали, так звали служанку, не поверила. Где герцог и где девчонка, сирота? Ну красивая, ну молодая, думаю, у высокородных богатых таких девок на выданье полно, взять хотя бы ту же Амалию.

— Говорят, как увидел он вас, так и влюбился, — тем временем, раскрасневшись, рассказывала Мали.

— А я?

Служанка правильно поняла вопрос и замерла, не зная, видимо, что сказать.

— Правду говори, — строго сказала я, — после вашего взвара невесты я ничего не помню, неправильно это. Кстати, а кто его готовил?

Мали удивлённо посмотрела на меня:

— Так с молебного дома принесли, его «Сестры Павших» готовят, чтобы, стало быть, невесты не боялись первой ночи и чего страшного не сделали.

— Я, значит, против воли отданная? – тут же зацепилась я за слова Мали.

— Рыдали вы, госпожа, а что там на сердце у вас, не знаю. Господин-то наш старше вас почитай на пятьдесят лет, ему семьдесят, вам двадцать. Но драконья кровь многие лета своим потомкам даёт, наш господин ещё ого-го, сильный, статный, а что лицом не вышел, так это же не главное.