Гончарное дело попаданки или Кирпич на вашу голову

Секунда ора, и оба заткнулись, смотря друг на друга, потом Ранир сказал:

— Не вой ты, горемычная, живой я ещё, просто спать хочу.

Пока муж с женой выясняли, долго ли ещё осталось жить конюху, я задумчиво прощупывала кокон вокруг Ранира и думала, насколько затянется его лечение. Тьма покидала тело неохотно, буквально по капле.

— Ещё никому не удавалось вылечить заражение у немага, —сказал Хорт тихо, чтобы не слышали воркующие Ронья и Ранир.

— Всё когда-нибудь бывает в первый раз, — философски сказала я, увидев, как из прихожей с любопытством выглядывают дети, а над ними крючком застыл Триш.

Бдил, боялся опять упустить Тревора.

— Я вижу, что ты сделала, — кивнул Хорт, — ты работаешь чистой силой, поэтому сильно выкладываешься, если применять руны и заклинания на древнем языке драконов, будет легче.

— Неужели ты поверил в мои силы, Хорт? — я устало посмотрела на мужчину, который стоял очень близко ко мне.

Колючка довольно жмурилась, принюхиваясь к наёмнику, и мне было лень на неё цыкать.

— Я не говорил, что не верю в твои силы, Альрина, просто то, что ты делаешь, удивительно. Големы, работа с землей, противостояние с тьмой… Ты просто невероятная.

Драконица внутри меня уже на спинке и лапками в воздухе дрыгала от слов Хорта, и я поддалась её тяге к нему, придвинулась ближе, вдыхая его запах, чувствуя приятное тепло от его огня. Мне даже показалось, что я услышала тихое рычание, совсем далёкое, и это не моя колючка… Удивлённо подняла глаза, увидела улыбку на чувственных губах и упрямо поджала свои губы.

— Ты кое-что забыл, Хорт.

Тот заинтересованно подался вперёд, помани я сейчас пальчиком, подмигни ему, да просто улыбнись, и чувствую, снесёт меня от его напора и страсти.

— Что же? — спросил он, затаив дыхание.

— Для тебя я госпожа Альрина, Хорт, — я хмыкнула, довольно разглядывая вытянувшееся лицо наёмника, и пошла в сторону дома.

Нужно поставить защитников на охрану Ранира, успокоить детей и Триша… Я даже не стала оборачиваться, когда услышала тихий смех за спиной.

Спала я на удивление хорошо — никаких угрызений совести, что восемь человек ушли в последний путь на моих землях. Видимо, привыкаю, что нужно защищаться.

Утром проснулась раньше всех. Защитники доложили, что возле головы человека спала закутанная в одеяло женщина. Они её не тревожили. Я поняла, что это Ронья.