Жена проклятого князя

Задавив на корню сомнение в бескорыстии его намерений (ладно, не сомнение, а четкое понимание отсутствия оного бескорыстия, он же юрист, а не мать Тереза), Матильда вложила руку в мужскую ладонь и позволила усадить себя на колени.

Впрочем, подумала она, наслаждаясь нежными касаниями мужских губ, когда это деловые отношения мешали хорошему сексу? А секс с Леграном… мм…

На этом связные мысли закончились.

Глава 9, между нами, мальчиками

Франкия, баронство ГрассиАндреЗамок Грасси не понравится Андре с первого взгляда.

Честно говоря, Андре не хотел брать даже их, но капитан Драккар настоял. Де Грасси, сказал он, имеет нрав бешеного кабана и такие же мозги.

Судя по пушкам, отлично смазанному механизму подъемного моста, крепкой решетке и суровым мордам баронских солдат на стене, Драккар был прав: барон обожал подраться и был готов к осаде в любой момент.

Похоже, на драки с соседями барон и потратил все деньги. Те самые, что должен был выплатить по закладной, принадлежащей Первому Имперскому Банку.

Вот, кстати, названием Андре по праву гордился. Сразу же понятно, что это не какие-то там сионайские ростовщики, а серьезное, государственное заведение!

– Чего приперлись? – раздался со стены пропитый бас, стоило копытам Бриза ступить на подъемный мост.

– Сэр Вульф с поручением от его высочества Мориса Ланжерского, – отозвался Андре, в очередной раз пожелав сынку Радетеля перевернуться в гробу.

Называться новым именем он не любил. Не звучало оно. И пока не вызывало у франков ничего, кроме недоумения и раздражения принцевыми милостями, внезапно свалившимися на голову никому не известного бритта. Впрочем, во владениях барона Грасси имя принца Ланжерского тоже не пользовалось почтением: со стены никто не отозвался, только проворчали что-то на тему паяца в маске, а решетка ворот осталась опущенной.

Упоминание маски, которую Андре не решался снимать ни днем, ни ночью, его взбесило.

– Эй вы, сукины дети! Именем императора, откройте ворота! – Андре жестом велел одному из гвардейцев протрубить «императорский указ».

Замок отозвался тишиной. То есть обычными замковыми звуками: конским ржанием, куриным квохтаньем, стуком кузнечного молота и прочая, прочая, включая смешки стражи.