Жена проклятого князя

Он сказал, что меня похитили из благородной семьи и лишили памяти. Мсье нотариус был так добр, что пообещал увести меня из борделя и разузнать о моем прошлом, – выдала Матильда сокращенную версию.

– Ах вот как. – Жозефина нахмурилась. – Ну, Фифи, ну, курица… А ты сама что-нибудь помнишь?

– О семье – ничего.

– Так-так. И с чего мсье нотариус взял, что ты из благородных?

– Я умею читать и писать, знаю арифметику и алгебру, говорю на иностранных языках.

– Неплохо, неплохо. – В глазах Жозефины так и замелькали дензнаки, которые она заработает на новенькой девице.

"– Я думаю, из чистого азарта, мадам. Мсье не любит нарушителей закона. Он что-то сказал про незарегистрированную ведьму, может быть, у него личные мотивы?

– Возможно, все возможно, – кивнула Жозефина с видом «ни на грош тебе не верю».

Ну и пусть не верит на здоровье. Ищите дуру выкладывать всю правду о себе в другом месте.

– У вас ведь не будет неприятностей из-за моего контракта?

Жозефина махнула рукой:

– Нет, что ты.

– Русский и английский.

– Какой?

– Ну… Британия, Лондон, сэры и королева. How do you do?

– А, бриттский, – кивнула Жозефина. – Видно, у тебя еще откат от снятия проклятия не прошел, лепишь ерунду. И что мне с тобой делать? Напугаешь еще клиентов… впрочем, твое благородное происхождение – большой плюс к твоей красоте.

– А Фифи всегда говорит правду и ничего, кроме правды… – в тон ей продолжила Матильда.

– Не дура, – кивнула Жозефина и улыбнулась. – Что ж, тогда…

– Мадам! Ваш шамьет! – В дверь вошла горничная с подносом. На всю комнату запахло кофе и пирожками. С капустой и рыбой.

С трудом дождавшись кивка Жозефины, Матильда впилась зубами в пирожок. Она так увлеклась, что прослушала начало фразы:

– …тебя ведьме.

– Какой еще ведьме? – чуть не подавилась Матильда.

– Нашей. М-да, с памятью у тебя полный швах. – Итак, покажу тебя ведьме, что-то не доверяю я Фифи. Если все в порядке, завтра начнешь работать.

На этот раз Матильда все же подавилась и раскашлялась, до слез из глаз.

– Да что ж за напасть такая! – нахмурилась Жозефина. – Так, не торопись, ешь спокойно.

– Прошу прощения, мадам, – пролепетала Матильда, ругая себя за неосторожность и жадность. – Но завтрашний день все еще принадлежит мсье нотариусу.