Жена проклятого князя

На шее у нее висел кулон-череп с глазами-рубинами.

– О боже, – прошептала Матильда, едва заставляя себя не пуститься с криками ужаса наутек. – Косы… твои косы…

Две длинные косы, переплетенные алыми лентами, были совершенно седыми.

– Я очень испугалась, – вздохнула Елена. – Когда я упала, стена закрылась, и я оказалась совсем одна, в темноте, и я даже не могла никого позвать. А сестры убежали. Они тоже испугались.

– Но ведь…

– Папа не успел. Это очень злая ловушка, она быстро убивает. Если бы Эжени сразу рассказала папе правду, он бы спас меня.

– Ты очень злишься на Эжени? Ты ей отомстила?

– Нет, конечно же! Эжени моя младшая сестра, я любила ее. Она очень боялась, что папа разозлится, вот и не сказала ему. Она плакала всю ночь, я знаю. Она потом рассказала. И отказалась от дара, глупая.

– Почему отказалась?

– Она хотела замуж, а глупые мужчины боялись нас. Слабаки! Я бы никогда не отказалась от дара, я бы помогала папе, я бы тоже стала командором Ордена, нет, я бы стала магистром! Меня бы боялись все преступники и заговорщики! Мы с папой!.

– Я бы… – Матильда со страхом посмотрела на каменный мешок с приглашающе раскрытым дверным проемом. – Почему он не закрывается?

– Потому что живой человек снаружи, а не внутри. Папа собирался поднять меня, дать мне вечную жизнь. Я бы стала самым сильным личем в нашем роду! Мы ждали, чтобы звезды правильно сошлись, уже все было готово к ритуалу, но мы не успели.

– Елена, не плачь. – Матильда машинально погладила девочку по плечу и очень удивилась, почувствовав живое тепло. – Помоги мне, объясни, как отпустить тебя.

– Совсем просто. – Елена подняла заплаканное лицо. – Поставь вот тут бочонок, вот на эту плиту. Тогда стена не закроется, пока ты будешь меня оттуда вынимать.

– В смысле он вынул тебя оттуда, а потом вернул обратно?

– Да, чтобы я могла стать личем, тело нельзя было перемещать до ритуала. То есть можно, немного, на несколько шагов. Но лучше совсем не… неважно, это уже неважно, я не хочу быть личем, я хочу только покоя. Вместе с папой. Его убили так, что он не смог вернуться. Я знаю, кто это сделал, знаю… ты отомстишь за него?

– Но я…"

"– Он стар, но еще жив.