Гнев ангелов

И это уже кое-что обо мне говорит. Лилит уже принесла тебе платье для церемонии распределения? – Он резко меняет тему, и я осторожно улыбаюсь в ответ.

Люцифер серьезно хочет поговорить со мной о моей одежде?

– Я с десяти лет не носила платья, – отвечаю я. – И эту прозрачную штуку на самом-то деле достаточно сложно назвать платьем. Можно мне надеть что-нибудь другое?

– У Габриэля есть точные представления о церемонии, и эти платья – ее важная часть. Девственный белый символизирует свет и славу ангелов."

"– Примерно так и думала, – вздыхаю я.

Брови Люцифера поднимаются, и его губы растягиваются в дьявольской улыбке.

– Наверное, не стоит размещать эту информацию на доске объявлений. Ты будешь потрясающе выглядеть в этом платье.

Я поднимаю голову и моргаю. Он что, действительно это сказал или я просто заснула и вижу сны?

Люцифер больше не улыбается. Его губы вытягиваются в суровую строгую линию.

– Наама даст тебе кинжал, который ты сможешь спрятать под подвязкой, – говорит он.

– Спасибо, но в этом платье я точно не смогу сражаться.

– Это всего лишь меры предосторожности.

– Для чего? Ты думаешь, что Братство запланировало взрыв во время церемонии? Раньше эти трусы осмеливались использовать только взрывные устройства. На рукопашный бой они не пойдут. В чем тогда польза этого ножа?

Люцифер вздыхает:

– Тебе что, все нужно объяснять? Считай это подарком. Мне кажется, что ты из тех девушек, которых лучше отправлять в мир с оружием.

Это был очень сомнительный комплимент.

– Кроме того, я тоже хотел перед тобой извиниться, – говорит он. Кажется, если Люцифер сейчас скажет, что ангелы прилетели с Марса, я удивлюсь этому меньше, чем его извинению. – У меня не было другого выбора, кроме как запереть тебя в темнице. Ты и так создала слишком много шума.

– Шума?

Он не обращает внимания на мой вопрос.

– Мне нужно было подумать над тем, запрет какого из архангелов я был готов нарушить.

– Ясно. Ты ведь хотел обрести покой.

– Нам с тобой нужно на некоторое время зарыть топор войны, – качая головой и улыбаясь, предлагает он. – Не трать свои силы на ненависть ко мне.

– Я тебя не ненавижу, – отвечаю я. – По крайней мере, уже не так, как прежде.

Уголки его губ весело приподнимаются.

– Тебе стоит надеяться на то, что ты останешься в моем небесном дворе.